Книга Четыре касания тьмы, страница 75 – Амалия Мо

Оглядев пространство, я заметил на столе что-то необычное. Калеб говорил про какой-то «подарок». Подойдя ближе, я увидел несколько наполненных шприцов и записку.

«Одна инъекция для начала. Нет точного понимания на сколько хватит, но сами разберётесь».

— Охренеть! – повертев эмульсию, я разглядел мерцающие на свету частицы.

У Калеба реально получилось… Не то, чтобы я сомневался, но не ждал, что лекарство будет у нас так скоро. Мне ещё больше захотелось узнать, как он через Зои вышел на разработки. У кого они были? Удалось ли найти парнишку-лаборанта?

Послышался лёгкий скрип двери, заставляющий обернуться. Мокрые волосы прилипли к её коже, отдельные пряди ложились на ключицы, скользили по шее. На Розе была моя футболка – та самая, в которой она когда-то ходила по утрам… Ткань едва доставала до середины бёдер, и этот контраст между её хрупкостью и тем, как уверенно она стояла посреди комнаты, выбивал из равновесия. Я забыл о чём думал секунду назад.

Капли стекали по ногам, оставляя влажные следы на полу. Она провела рукой по волосам, убирая пряди с лица, и всё во мне сжалось: от слишком долгого воздержания.

— Тут… – прочистив горло, я протянул руку с препаратом. – Калеб реально нашёл лекарство. Я пока ничего не знаю, но…

Она оказалась рядом слишком быстро для той, кем была раньше.

— Это не шутка? – проведя пальцами по пластику, она округлила глаза.

Я не сдержался и наклонился чтобы поймать языком капельку воды, стекающую по её коже.

— Дем…

— Да-да, мне тоже надо в душ! – Не знаю, какие силы заставили меня остановиться, но в ответ послышался разочарованный стон.

Я провёл в грёбаной камере неделю… И не то чтобы раньше такого не было, но кому в здравом уме может такое нравиться?

Закрыв за собой дверь, я уставился на отражение зеркала. Самое паршивое – мой вид никак не выдавал то, через что я прошёл. Ни усталости, ни следов бессонницы, ни налёта, который должен оставаться после изоляции.

Хотелось, чтобы хоть что-то показало: я прошёл через то, что ломает. Но нет – система первокровных стирает слабость вместе с ранами.

Я включил ледяную воду, опёрся ладонями о край раковины и закрыл глаза. Всё, что происходило последние дни, пронеслось в голове: Роза, суд, Калеб, Верховные… и странное ощущение, будто всё это не закончилось, а только перешло в новую форму.

За короткое время я стал другим, но только сейчас понял, насколько. И самое удивительное – мне было важно, чтобы и остальные увидели это. Не Демиана – беспечного идиота, не боящегося последствий за свои поступки. А меня настоящего…

Грязная одежда полетела на пол, а после я вошёл в душ. Хотелось, чтобы всё – камера, суд, крики, страх Розы – ушло в слив вместе с водой.

Я провёл рукой по лицу, по шее, по груди, будто мог содрать с себя прошлое, слой за слоем.

Может, я никогда не стану тем, кем должен был быть. Но, по крайней мере, теперь знал, кем быть больше не хочу.

Я стояла, сжимая шприц в руке, и не могла поверить, что всё сложилось именно так.

Можно ли это назвать чудом? Простым, тихим, почти сказочным – без громких слов и знамений.

В моей жизни было столько дерьма, что я разучилась верить в подобные вещи. Когда что-то шло хоть немного лучше, за этим неизменно следовал удар. Само понятие «удача» существовало только для того, чтобы напомнить – она не для меня.