Книга Четыре касания тьмы, страница 58 – Амалия Мо

Опомнившись, я вытащил трубки из вен девушек, которые держались на грани жизни и смерти.

— Ты решил, что можешь меня шантажировать? – отпинывая оторванную руку, я впервые склонился над ублюдком, пытавшимся подняться, но спотыкавшимся в луже собственной крови.

Я ошибался, когда думал, что Альвар сможет дать отпор. Он такой же слабак, каким был Флоу. Единственная сила, которую он способен проявлять, была с несчастными девушками. Мудак ловко манипулировал и мог ломать только тех, кто заведомо слабее.

Удивительно, как я не почуял его страх, окутавший здесь каждый угол.

Альвар десятилетиями манипулировал, наивно думая, что он – идеальный хищник. Полагаю, что он рассчитывал убедить меня, используя компромат на Розу.

— Куда делась твоя улыбка, Константин? – я надавил ногой на место, откуда только что росла рука.

— Сомиль!!! – заорал он, надеясь, что его актир примчится спасать хозяина.

— Раскайся за всё, что ты сделал, и тогда я всё сделаю быстро…

— Пошёл ты! Ты такой же, как я! – оскалившись, бросил он, показывая, что отказывается от моего предложения. Отдать должное, в нём ещё теплилась истинная натура. Я ждал, что он начнёт скулить и вымаливая пощады.

Но так даже приятнее…

Я посмотрел на него сверху – на вывернутое тело, на кровь, хлещущую из раны, на страх, который он пытался скрыть за оскалом. Он хотел приравнять нас.

Жестокость Альвара – это искусство ради искусства. Он лепил из людей инструменты и наслаждался не обладанием, а моментом их разрушения – как художник, уничтожающий собственное полотно ради перфоманса.

Для него кровь – материал и декорация, для меня – индикатор границы, которую нельзя переступать.

— Ошибаешься, – рывком подняв уёбка на ноги, с улыбкой ответил я, а после вырвал вторую руку. – Я ещё хуже.

Между тем, кто делает боль своим удовольствием, и тем, кто наносит удар как ответную меру, лежит пропасть ответственности. Ответственность означает выбор и готовность нести последствия. У Альвара выбора не было – у него был каприз и власть над обращёнными.

Дверь в комнату слетела с петель. Нашу уютную беседу прервала Сомиль, которая сорвалась с места, пытаясь достать меня и защитить Альвара. У лица мелькнули острые когти, но в этот раз я не позволил себя коснуться. Правда, пришлось отпустить ублюдка, который тут же рухнул на пол.

Всё то, что я скрывал за маской годами, вырвалось. Я пытался подстроиться под общество. Быть правильным и послушным. Глушил инстинкты, боясь, что причиню непоправимый вред. Теперь не было смысла скрывать истинную сущность.

Сомиль дёрнулась ко мне, но я перехватил её за волосы и рывком согнул вниз, заставляя смотреть в лицо создателя. Он пытался отползти, но оставлял за собой только размазанные следы и жалкие попытки ухватиться за жизнь.

— Ты уверена, что хочешь причинить вред мне, а не ему?! – я наклонился ещё ниже. – Посмотри на него, посмотри и вспомни, кто сотворил с тобой всё это!

Сомиль вырывалась, рычала, но под моим давлением начала дрожать. Она смотрела на того, кого считала хозяином. На того, кто когда-то сделал её чудовищем.

— Прикончи его! Хватит мешкать! – Альвар захрипел, пытаясь отползти, но я прижал его плечо коленом так, что он взвыл.

Странно… я ведь дал ему шанс на быструю смерть, глупо было им не воспользоваться.