Книга Пять ударов в минуту, страница 141 – Амалия Мо

— Калеб, — я буквально выдохнула его имя, ощущая нарастающую тревогу.

— Лидия, прости, но у меня нет желания думать ещё и об их жизнях. Они назвали сумму, включив туда все риски.

Я взяла в руки чашку, делая вид, что глотаю чай.

— Риски будут, если останков окажется больше, чем тел, — говорить это вслух было неправильно, но я не могла иначе.

Калеб на секунду сжал челюсть, затем медленно выдохнул.

— Поэтому они сделают всё, чтобы спастись. Это не пассажирский лайнер, Лидия. Частный борт, переработанный. Задняя аварийная секция, дополнительный выход. Они знают, что делают.

— Это всё равно безумие.

— Да, но просчитанное, — Калеб поставил кружку, которую брал в руки лишь для вида. — Их задача — довести борт до точки. Твоя — быть на нём официально. Неофициально ты пересядешь в другой самолёт под видом любовницы бизнесмена. Он под внушением, будем думать, что ты его женщина. Внушишь ему что-нибудь в полёте, чтобы не приставал.

— А камеры?

— Во время твоей пересадки обзор удачно перекроет другой частный борт.

— Что… потом? — глядя в глаза брата, спросила я, будто он мог дать мне ориентиры будущего.

— У тебя новые документы и безлимитная карточка. Самолёт высадит тебя в Сареме. Формально мы не будем о тебе ничего знать, — Калеб отвёл взгляд в сторону.

Было ясно, что ему это давалось так же тяжело, как и мне.

— Я очень не рекомендую тебе звонить или писать первое время.

— Спаси…

— Проще было оторвать его бошку от тела, Лиди! Этот мудак будет жить, а ты официально умрёшь!

Последние слова вырвались у него слишком резко. Не как часть плана — как то, что Калеб держал внутри всё это время и больше не смог.

Он тут же замолчал, а потом медленно провёл ладонью по лицу и выпрямился.

— Это… не должно было прозвучать так.

Но уже прозвучало…

Я видела, как ему даётся этот разговор. Калеб всегда был тем, кто держал конструкцию, кто считал риски, кто заранее знал, где и что может пойти не так. А сейчас он говорил о моём исчезновении так, будто резал по живому, и никакие расчёты этого не смягчали.

— У нас нет времени на эмоции. Твоя задача — сделать всё точно так, как мы обсудили. Войти. Поздороваться. Сесть. Выйти. Не оглядываться.

Он сделал паузу, короткую, но в ней было больше, чем во всех его словах до этого.

— Я всё-таки спрошу: ты понимаешь, что дороги назад нет?

— Понимаю. Я всё понимаю…

— У меня нет возможности залезть в твою голову, но мне было достаточно, что ты сама попросила о таком. Уверен, что будь другие варианты, ты бы давно их использовала. Рано или поздно мы в любом случае встретимся, а пока…

Калеб снова посмотрел в сторону, где Каяна и Амель смеялись у автоматов, и его лицо вновь стало привычно собранным.

— Пока нам надо будет похоронить тебя.

— Венера…

— Даже не думай говорить ей, Лидия! Понимаю, что это жестоко, но ты сама видела, как она заискивает перед Кронвейном. Она поверит в историю о любви и выдаст какую-нибудь херню, которой будет достаточно.

— Ты прав…

— Но Эриху придётся рассказать правду. Нам понадобится его помощь как Верховного. Когда ты осядешь где-нибудь, тебе надо будет встать на учёт в любом храме. Все первокровные обязаны официально заявить о себе: кто они, откуда прибыли и как долго жили на последнем месте. Ты есть в реестре только, как Лидия Морвель. Нового имени пока нет.