Книга Хозяйка скандального салона "Огонек", страница 70 – Марика Полански

— Это же… - Карл провел пальцем по плоской стороне клинка, и пыль посыпалась на пол. Он поднес меч ближе к свету магического светильника, всматриваясь в едва различимую надпись у основания лезвия. – Это же клинок работы мастера Вольфганга! Смотрите, вот его клеймо! Такие мечи сами себя точат и никогда не тупятся!

— Конечно! - гордо прозвенел меч. - Я – «Серебряная Луна», выкован в тысяча четырёхсотом году. Участвовал в десятках, если не сказать в сотнях, дуэлях. Все мои владельцы остались живы. Но только сначала меня нужно как следует почистить. И смазать специальным маслом. И поговорить со мной по-человечески – я соскучился по нормальному общению. Вы представляете, каково это – молчать несколько сотен лет?!

Я обошла подвал, разглядывая его содержимое. В одном из сундуков обнаружились арбалеты разных размеров, в другом – целая коллекция кинжалов с рукоятями из кости, дерева и металла. На отдельной стойке красовались щиты – круглые, овальные, прямоугольные, все с вычурными гербами и узорами.

— А вон там, в дальнем углу, - указал подвал, - висит настоящий рыцарский меч одиннадцатого века. И копья, и алебарды, и даже ксар-ха’ар.

— Ксар-ха’ар? - переспросила я, не понимая.

— Утренняя звезда, - пояснил Карл, не отрываясь от осмотра клинка в своих руках. - Булава с шипами на цепи. Очень эффективное, но жестокое оружие.

— Жестокое?! возмутился ксар-ха’ар из угла. - Я просто честно выполнял свою работу. Не моя вина, что рыцари ведут себя, как медведи, разбуженные зимой.

— Карл, а тебя не смущает, что все в этом доме крайне разговорчивое? – тихонько прошептала я вознице на ухо. – Я понимаю, магия и все такое… Но разве такое может быть?

Карл бережно положил «Серебряную Луну» обратно на стойку и окинул взглядом подвал.

— У меня есть предположение, - также тихо ответил он. Поймав мой вопрошающий взгляд, вздохнул и продолжил: - У нормарийцев были предания, согласно которым некоторые достигали такого уровня владения магией, что могли оживлять предметы вокруг себя, буквально наделяя их собственным характером.

— То есть колдуны и ведьмы достигали уровня богов, одушевляя предметы?

— Не совсем. Роль души в данном случае играет магия. Убери ее, - и наши болтливые друзья превратятся в обычные предметы обихода. Но в остальном, благодаря магии, они ведут себя, как живые люди: передвигаются, выполняют определенные поручения, разговаривают, вредничают, испытывают эмоции и чувства. Интересно, какого уровня достигла ваша покойная матушка, что даже после ее смерти предметы продолжают жить? Ведь по идее с ее смертью, магия должна была утратить свою силу.

— Должна, но не утратила, молодой человек, - влезла метла. Она нетерпеливо подпрыгивала на древке, потряхивая потрепанной щетиной. – Догадаетесь, почему?

Мы недоуменно переглянулись с возницей. На лице Карла промелькнула растерянность. Я же, как человек далекий от магии и этого мира в целом, ждала, усиленно пыталась создать задумчивый вид. А про себя костерила на чем свет стоит гнома, который не удосужился мне ничего рассказать.

— Ну же, - зазвенел меч, который жадно ждал продолжения разговора. – Неужели нет ни одной мысли?

— Разве что само место является источником магии, - предположила я.

— Именно, - прогромыхал подвал. – Айрэн хоть и была сильной ведьмой, но она, как и все люди, смертна. А магия… магия вещь бессмертная. Если бы мир зависел от людей, владеющих ею, то он бы давно погиб вместе с ними.