Книга Хозяйка скандального салона "Огонек" 3, страница 121 – Марика Полански

Элен подняла на меня взгляд. Всего лишь на миг, но этого было достаточно, чтобы разглядеть холодную ненависть, тщательно скрытую под маской робости.

— Я… — она всхлипнула и прижала платок к губам, изображая волнение, — я боюсь её. Когда она пришла на наш благотворительный бал, начались странные вещи. Президентша Теплтон подверглась нападению нечисти. Потом случился пожар, в котором чуть не погибла леди Лили ван Кастер. Я видела, как госпожа Миррен что-то шептала перед началом фейерверка. Видела, как она делала странные жесты руками. А потом… потом беседка вспыхнула. Я уверена, что это было её колдовство!

Меня будто окатили кипятком. Ложь! Наглая беззастенчивая ложь!

Я вскочила с места:

— Это неправда! — Я вскочила с места, размахивая руками: — Я была на террасе с лордом ван Кастером! Он может подтвердить!

— Тишина! — рявкнул судья. — Обвиняемая будет молчать!

Инквизитор грубо усадил меня обратно.

Не глядя на меня, Элен аккуратно вытерла уголки глаз и более уверенно продолжила:

— А ещё я слышала, как она угрожала президентше Теплтон. Говорила что-то про тень и про то, что Брианне не следует вглядываться в неё. А на следующий день президентшу начали преследовать несчастья, — а затем повернулась к судьям: — Я боюсь за свой город, ваша честь. Боюсь за своих детей. Такие, как госпожа Миррен, опасны. Они используют магию во зло, прикрываясь личиной добропорядочности!

Идан Кросс поднялся:

— Протестую, ваша честь! Свидетель даёт субъективную оценку, а не излагает факты!

— Протест отклонён, — отрезал судья. — Продолжайте, леди ауф Гросс.

И Элен продолжала. С каждым словом я всё больше понимала — это она стояла за всем начиная со слухов, расползающихся по городу, заканчивая арестом Карла. Но я не могла понять почему. За что она меня так ненавидела, что решила натравить всех вокруг? Ведь я же не сделала ей ничего дурного!

Когда Элен, наконец, закончила и вернулась на своё место, я встретилась с ней взглядом. Она смотрела на меня с холодной улыбкой, сбросив маску робкой овечки.

Следующим свидетелем оказался какой-то клерк из Департамента. Он монотонным голосом зачитывал список найденных в моём доме запрещённых книг, настоек и артефактов. Самое удивительное было то, что половина из этого списка мне не принадлежала, а половина имела разрешение и лицензию Палаты Арканных Дел.

Потом вызвали инквизитора, который участвовал в ночном обыске. Тот красочно описал, как я сидела в ванне «с вызывающим видом» и «явно что-то скрывала».

С каждым новым свидетелем петля на моей шее затягивалась всё туже.

— Обвинение вызывает господина Эриха ауф Штрома, — объявил прокурор.

Дознаватель поднялся и подошёл к трибуне свидетелей. Он двигался медленно, будто желал отодвинуть неизбежное.

— Господин ауф Штром, вы являетесь дознавателем особого отдела Департамента Магической Безопасности?

— Да, — коротко ответил он.

— Что вы можете рассказать суду о событиях той ночи, когда была арестована обвиняемая?

Эрих молчал несколько секунд, глядя куда-то поверх голов присутствующих. Потом перевёл взгляд на меня и чуть заметно улыбнулся. Вот только в его улыбке читалась горечь обречённого человека.

— Около двух недель назад я получил информацию, что в доме госпожи Мирре может скрываться человек, который ранее числился среди членов запрещённого Ордена Тёмных Магиков. А именно Карл Вальтон, работающий в доме госпожи Миррен. Он был арестован, но вскоре сбежал из-под стражи. В ту же ночь мы провели обыск в доме госпожи Миррен, но несмотря на магический след, Вальтона там не оказалось. Я организовал слежку, которая привела нас к Дряхлой Скале, где и была арестована госпожа Эвелин Миррен и сам Карл Вальтон.