Книга Между звезд и руин, страница 83 – Тая Север

Пока я домывала последнюю комнату, мысли роем кружились в голове. Кто он, их повелитель? Жестокий узурпатор, поработивший целую планету? Или в его черством сердце таится крупица милосердия? Что ждет нас в будущем? Станут ли наши дни хоть немного легче, или мы обречены служить до последнего вздоха? А что стало с детьми и стариками? Быть может, их участь была решена за ненадобностью? От этих мыслей к горлу подступал ком. Хорошо, что моя бабушка не увидела этих страшных дней.

Внезапный грохот разогнал мои мысли — Тася, опрокинула ведро с водой. В тот же миг в дверях возникла "надзирательница". Её глаза горели маниакальным блеском власти, когда она вцепилась в волосы несчастной девушки:

— Безрукая! Поднимайся! — надзирательница трясла Тасю за волосы с явным наслаждением. Бедная девочка тихо всхлипывала и заливалась слезами.

— У неё сильная аллергия на химикаты, позвольте мне закончить работу, — мой голос дрогнул, но я упрямо посмотрела в её глаза.

— Ты думаешь, что помогаешь ей? Эта девчонка просто лентяйка, никаких поблажек никому, — грозно ответила она.

Тася подняла тряпку с пола и начала собирать грязную воду обратно в ведро. Я тихо вздохнула и отвернулась, продолжая выполнять свою работу.

* * *

К вечеру второго дня новая резиденция их правителя блестела. Мы справились даже быстрее, чем планировали. Хилл принёс ужин нам прямо в комнату.

— Вы просто умницы, — похвалил он нас, и некоторые из девчонок покрылись краской. — Можете отдыхать до утра, я вас больше не побеспокою.

Улыбаясь, он покинул комнату и прикрыл за собой дверь.

Наша группа собралась у широкого подоконника окна, мы с удовольствием уплетали самую обычную кашу из одноразовых чеплашек. Анна и Катерина держались рядом, они по возрасту лучше подходили друг другу, остальные три девушки были приблизительно моего возраста.

— Думаете, нам так и придётся жить здесь? — спросила Катерина, пережёвывая кашу.

— Вполне возможно, здесь же нужны будут постоянные уборщицы, — ответила девушка справа от меня.

Девушка с чёрными волосами только пожала плечами, а Анна, помедлив, добавила:

— По крайней мере, здесь тепло и есть крыша над головой. Лучше чем на улице.

Катерина, сидевшая чуть поодаль, задумчиво посмотрела в окно, за которым уже было темно.

Девушки из соседней группы тоже собирались на ужин. Их замкнутость и молчаливость создавали вокруг них едва заметный барьер, и даже когда им принесли скудный ужин — всего лишь по половинке черствого хлеба на человека — они не проронили ни слова, лишь молча принялись за еду.

К этому моменту усталость окончательно взяла верх надо мной. С трудом передвигая затекшие ноги, я добралась до нашей с Анной двухъярусной кровати. Забравшись на верхний ярус и устроившись на жестком матрасе, я впервые за день смогла как следует рассмотреть свои руки. Они были воспаленно-красными, а на внутренней стороне ладоней отчетливо проступали мозоли — молчаливые свидетели тяжелого дня. В этот момент я особенно остро почувствовала, насколько измотана, и почти мгновенно погрузилась в тяжелый сон, едва успев закрыть глаза.

— 126539 и 174351, на выход! Живо! — резкий голос вырвал меня из глубокого сна.

Я не сразу поняла, что обращаются ко мне. Кто сможет запомнить эти чёртовы коды?

Грубо сдёрнув одеяло, глава второй группы гневно уставилась на меня. Я была в недоумении: чем я провинилась? Почему она, а не Хилл отчитывает меня?