Книга Между звезд и руин, страница 64 – Тая Север

Голос диктора звучал спокойно и уверенно, словно читая заученный текст. Челюсть Всеволода дернулась, и он резко выключил радио. В бардачке нашлись два потрепанных диска, на одном маркером было выведено "Цой".

— Пойдет, — пробормотал Всеволод, вставляя диск в проигрыватель. — Ну что, готова?

— Готова, — ответила я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

Машина плавно тронулась с места, и из динамиков полились знакомые аккорды "Звезды по имени солнце". Всеволод уверенно вел автомобиль, крепко держа руль одной рукой. За окном мелькали деревья, их ветви покачивались на ветру.

Я отбивала ритм песни пальцами по стеклу, замечая, как лес постепенно сменяется полями, а вдалеке уже виднеются многоэтажки уцелевших домов. Оказывается мы находились совсем недалеко от города.

Чем ближе мы подъезжали к городу, тем серее становился пейзаж. Поля сменились разрушенными частными домиками, а грунтовая дорога превратилась в потресканный асфальт.

— Все, ближе ехать опасно. Дальше пешком, — притормозив у обочины, сказал Всеволод.

Музыка затихла, когда он заглушил двигатель. Мы вышли из машины, и сразу стало слышно, как тихо вокруг. Ни птиц, ни ветра — только наше дыхание и шаги.

Я огляделась. Разрушенные дома смотрели на нас пустыми глазницами окон, а асфальт под ногами был покрыт трещинами и выбоинами. Где-то вдалеке виднелись более высокие здания, но даже они казались какими-то притихшими, словно затаив дыхание в ожидании чего-то неизбежного.

— Так странно, на улице ни души. Даже бродячих собак не видно, — заметила я, вглядываясь в пустые проёмы окон.

— Да, слишком тихо, — согласился Всеволод.

Мы пробирались через поваленные деревья и огромные ямы на пути. Эти идеально круглые углубления в земле, следы от инопланетного оружия. Мои ноги уже дрожали от бесконечных подъёмов и спусков, от прыжков через препятствия.

Наконец мы добрались до окраины, и вид, открывшийся перед нами, разорвал душу на части. Слезы подступили к глазам, когда я увидела эту картину.

Половина многоэтажек была полностью разрушена, а те, что уцелели, выглядели так, будто пережили ядерную войну. Обрушенные балконы, выбитые стёкла, трещины на фасадах. И наконец мы увидели самое страшное, людей...

Люди казались призраками прошлого. Их одежда была изорвана и грязна, лица осунулись от страданий, а в глазах читалась бесконечная усталость. Они двигались медленно, словно каждое движение причиняло им боль, а их взгляды были направлены куда-то внутрь себя, в мир, где ещё существовали воспоминания о нормальной жизни.

На земле сидела плачущая маленькая девочка, её голос дрожал от страха и отчаяния:

— Мама... мамочка, где моя мама?

Её обнимал поседевший мужчина, его руки дрожали, а в глазах стояли слёзы. Он пытался успокоить ребёнка, но сам был на грани срыва.

Воздух был пропитан горечью и отчаянием. Запах пороха и гари смешивался с ароматом растопленной пластмассы и жжёного металла. Ветер продолжал играть в разбитых окнах, а небо над головой казалось безжизненно серым, словно природа сама оплакивала происходящее.

Я смотрела на эту картину, и моё сердце разрывалось от боли. Столько страданий, столько потерь... Казалось, что весь мир погрузился во тьму, и нет конца этому кошмару.

Впереди простиралась бесконечная река из людей, растянувшаяся на сотни метров. Они стояли в очереди, словно приговорённые к казни, их лица были искажены страхом и отчаянием. Вдалеке, на фоне разрушенных зданий, стоял инопланетный корабль — блестящая металлическая конструкция, похожая на гигантскую тарелку, опустившуюся на землю. Высотой он достигал пятиэтажных зданий.