Книга Между звезд и руин, страница 55 – Тая Север

— Ты можешь поговорить со мной об этом. Не нужно всё держать в себе, — произнёс Макс, его голос звучал успокаивающе, словно тихая гавань в бушующем море.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями.

— Знаешь, когда тебя запирают в ограниченном пространстве, когда ты не можешь нормально передвигаться, когда каждая минута тянется как час... Это оставляет след в душе. Первые дни я ещё надеялась на спасение, но потом... потом началась настоящая агония, — призналась я, чувствуя, как слова сами собой льются из меня.

Макс слушал внимательно, не перебивая, его взгляд был полон понимания и поддержки.

— Жажда... Она была невыносимой. Казалось, что язык распухает и заполняет весь рот. А голод... Он сжирал меня изнутри, превращая в тень самой себя. И эта тишина... Боже, эта тишина сводила с ума. Я считала часы по редким звукам снаружи, но они становились всё реже и реже, — мой голос дрожал, а перед глазами вставали те страшные моменты.

— Я помню, как начала терять надежду. Как думала, что умру в этом крошечном пространстве, в полном одиночестве. Как представляла, что никто никогда не найдёт моё тело, что я просто растворюсь в этой темноте, — слёзы капали на стол, но я не могла остановиться.

Макс взял меня за руку, его прикосновение было тёплым и успокаивающим.

— В какой-то момент я начала видеть галлюцинации. Мне казалось, что слышу шаги снаружи, что кто-то зовёт меня по имени. Но это была лишь игра воображения, — я всхлипнула, пытаясь справиться с эмоциями.

— Иди сюда, — Макс аккуратно притянул меня к себе и обнял. Его рука успокаивающе гладила меня по голове, а я пыталась выровнять дыхание, в голове медленно считая до десяти.

— Тише, всё хорошо... Теперь всё хорошо. Тебе нужно было это высказать. Теперь станет легче, — тихо шептал Макс. Я почувствовала какое-то опустошение, словно весь тот клубок нервов, который мешал мне дышать, наконец распутался. Проговорив всё это вслух, мне действительно стало легче, но, к сожалению, этот страх никогда меня не покинет.

Его объятия были такими надёжными, такими успокаивающими, что я позволила себе расслабиться впервые за долгое время. Тёплое дыхание Макса касалось моей макушки, а его сердце билось ровно и спокойно под моей щекой.

— Знаешь, — прошептал он, — я тоже многое пережил. И тоже боюсь. Бояться — это нормально. Но мы гораздо сильнее, чем думаем.

Эти простые слова почему-то тронули меня до глубины души. Я подняла голову и посмотрела ему в глаза — в них читалась такая искренняя забота и понимание.

— Спасибо.

Макс улыбнулся, и в этой улыбке было столько тепла и поддержки. Мы сидели так несколько минут, пока я окончательно не пришла в себя.

— Пойдём закончим с обедом? — улыбаясь предложил он, помогая мне подняться.

Я кивнула, чувствуя, как возвращается способность мыслить ясно. Кухня снова наполнилась обычными звуками — бурлением воды, позвякиванием посуды, негромким разговором.

— Знаешь, — сказала я, возвращаясь к готовке, — Ты первый, кто спросил меня, как я, — сказала я, продолжая чистить картошку. Мои пальцы слегка дрожали, но уже не от страха, а от нахлынувших эмоций.

Макс на мгновение замер, словно эти слова удивили его не меньше, чем меня. Затем он медленно кивнул, будто что-то понимая для себя.

Мы продолжили готовить в тишине. Кухня наполнилась уютным ароматом готовящихся овощей.