Книга Между звезд и руин, страница 140 – Тая Север

Когда барабаны загремели вновь, танцовщицы пришли в движение. Их руки рассекали огненные всполохи, оставляя на коже следы ожогов. Их глаза были абсолютно стеклянными... и человеческими.

Пламя оставляло багровые отметины на их белоснежной коже, а одежда, сотканная из тончайшего, почти невесомого материала, начала плавиться и обнажать участки тела.

Их больше ничего не прикрывало — за огненным кругом танцевали абсолютно обнажённые девы. Барабан набирал ритм, и их движения становились всё стремительнее. Это напоминало какой-то ритуальный танец, нечто грязное и кровавое. Они словно вошли в транс, перестали соображать, а огонь начал сужаться. Девушки, будто ожидая этого момента, слились с опаляющим пламенем в едином танце. На их ожоги уже было страшно смотреть. Я отвернулась от сцены, не в силах больше наблюдать за этим ужасом.

— Зачем вы это делаете? Бедные девушки... — обвиняюще взглянув на Ксара, спросила я.

— Их никто не заставлял, им дали выбор. Всё это абсолютно добровольно, — ответил он, не проявляя ни капли сочувствия.

В полумраке зала, где приглушённый свет создавал зловещую атмосферу, я непонимающе уставилась на Ксара.

— Но для чего им это нужно? — прошептала я, чувствуя, как к горлу подступает ком.

Он небрежно пожал плечами, потягивая Фьюэль из бокала.

— После шоу их раны залечивают, а самых запоминающихся выбирают для более интересной работы, где им не придётся особо напрягаться, лишь получать удовольствие.

Кровь прилила к моим щекам. Я физически ощутила, как к горлу подступает тошнота. Омерзительное чувство распространилось по всему телу при виде довольных лиц тех, кто находился в этом проклятом ресторане. Они наслаждались чужим страданием, потягивая свои коктейли и закусывая деликатесами.

— Зачем ты вообще привёл меня сюда? — резко поднявшись из-за стола, бросила я ему в лицо.

Он медленно поднял голову, его глаза сверкнули в полумраке.

— Теперь ты видишь, какие люди слабые. Они не способны на что-то большее, чем прислуживать нам. А ты одна из нас, ты должна принять это.

Его слова повисли в воздухе тяжёлым свинцовым облаком, а я, не проронив больше ни слова, бросилась к выходу, задыхаясь от отвращения и негодования.

Едва не сбив с ног растерянную официантку, я выскочила на улицу. В голове пульсировала только одна мысль: прочь отсюда, прочь от этого безумия. Мир вокруг словно перевернулся с ног на голову, и я чувствовала себя грязной, будто испачканной в чём-то мерзком и отвратительном.

Ненависть закипала внутри, обжигая сердце. Эти Астарийцы... Как они смеют так поступать с людьми? И что самое ужасное — девушки сами шли на это, добровольно отдавая себя в их власть. Это было выше моего понимания, выше всякой морали.

— Стой же ты, — его голос прозвучал словно удар хлыста. Ксар схватил меня за руку, останавливая мой стремительный бег.

— Вы все чудовища! Это отвратительно! — я с силой толкнула его в грудь, но он даже не пошевелился. — Если ты думал, что я приму подобное, то ты просто глупец!

Его пальцы лишь сильнее сжали мою руку, а в глазах промелькнуло что-то тёмное, почти опасное. Но я не собиралась отступать — пусть видит, как сильно я презираю всё это.

Его длинные пальцы с силой обхватили мой подбородок, заставляя поднять голову. В глубине аметистовых глаз, словно в двух бездонных омутах, отражалась вся суть его существа — холодная, безжалостная.