Книга Между звезд и руин, страница 139 – Тая Север

Тёплый золотистый огонёк свечи играл на гранях бокала, наполненного глубоким синим напитком. Я сделала ещё несколько глотков — и моё тело словно окутало мягким, невесомым покрывалом. Напряжение покидало мышцы, а воздух, казалось, стал легче и чище. Даже суета и шум вокруг перестали давить на плечи тяжёлым грузом.

— Он просто волшебный, — прошептала я, и губы сами собой растянулись в блаженной улыбке.

Ксар кивнул, его глаза блеснули в полумраке.

— Сейчас Фьюэль подают только здесь. Нилун, хозяин заведения, выращивал эти ягоды на нашей родной планете и, как оказалось, успел прихватить с собой внушительный запас.

Я с восхищением рассматривала напиток в бокале — он переливался всеми оттенками синего.

— Я в жизни ничего вкуснее не пробовала, — искренне призналась я. В голове крутилась мысль о том, как было бы замечательно, если бы у них получилось вырастить эти удивительные ягоды на нашей планете.

Внезапно Ксар спросил:

— Чем ты занималась до всего этого?

Я подняла взгляд, чувствуя, как мысли становятся тягучими и медленными, словно мёд.

— Ничем особенным. Работала где придётся, — небрежно бросила я, не желая раскрывать глубину своего прошлого. После смерти бабушки жизнь потеряла краски, я просто плыла по течению, иногда полностью закрываясь от мира и прячась в своей раковине.

— У тебя были отношения? — его неожиданный вопрос заставил меня смутиться. К чему он это спрашивает?

— Нет, мне было не до этого. А у тебя? — я задала встречный вопрос, пытаясь скрыть своё волнение.

Ксар, ухмыльнувшись, поднял бокал и сделал глоток. Его аметистовые глаза, словно два драгоценных камня, встретились с моими синими. В этом взгляде читалось что-то большее, чем просто любопытство.

— Вокруг меня всегда крутилось много девушек, но ни одна до сего момента не смогла задеть моё сердце, — серьёзно произнёс он, и его тёплая ладонь мягко коснулась моей.

Это что, признание? Мой живот сделал кульбит, когда смысл его слов дошёл до меня. Жар прилил к щекам, а сердце забилось как сумасшедшее, грозя выпрыгнуть из груди.

В этот момент музыка в зале стала тише, а свет немного приглушили. Несколько девушек в необычных одеяниях, похожих на древние ритуальные наряды, вышли на сцену. Их движения были плавными и завораживающими, словно они исполняли древний танец. Моё сердце забилось чаще — что-то подсказывало, что предстоящее представление будет далеко не обычным развлечением.

Я даже рада, что наш разговор был отложен на потом. Я не была готова к столь откровенным признаниям, к этому внезапному повороту событий, который мог изменить всё между нами.

Внезапно к меланхоличным клавишам присоединился мощный барабанный ритм, и три девушки на сцене словно преобразились. Их движения стали отточенными, механическими — будто они были частями единого целого, зеркально отражая друг друга в каждом жесте.

Резкий приказ на астарийском языке эхом разнёсся из динамиков, и всё замерло. Барабаны смолкли, а свет погас окончательно. Только мерцающие свечи на столах создавали зыбкий полумрак, наполняя пространство таинственной атмосферой.

— Что происходит? — едва слышно прошептала я, повернувшись к Ксару.

Но он молчал, не отрывая взгляда от сцены. В следующее мгновение пространство вокруг помоста вспыхнуло языками пламени. Мы сидели так близко, что жар почти обжигал щёки, заставляя отпрянуть. Огонь, словно живой, обвивал сцену, не касаясь ничего вокруг — только девушки внутри огненного кольца продолжали стоять неподвижно.