Книга Брачная ночь попаданки, страница 2 – Ольга Иконникова

Но чем ближе становился тот час, когда хозяин кабинета и его избранница должны были тут появиться, тем тревожнее мне становилось. Де Кюстин сказал, что я должна буду просто назвать себя, и этого будет достаточно для того, чтобы помолвка не состоялась.

Де Шеврез будет в бешенстве, мадемуазель Беранже в смятении убежит, а де Кюстин окажется рядом с ней в столь грустный для нее момент и постарается ее утешить. Мой похититель полагал, что план был идеален. Правда, я так и не поняла, зачем для такого в общем-то простого и банального плана ему потребовалось переносить меня из другого мира. Эту роль могла сыграть любая местная девица. И для этого даже не обязательно было входить в защищенный магией кабинет.

За дверью я услышала шаги и голоса — мужской и женский — и меня охватила такая паника, что стало трудно дышать. Я испугалась, что лишусь чувств раньше, чем сделаю то, о чём меня просили.

Дверь приоткрылась, но те, кто за ней стояли, так и не переступили через порог. Зато теперь мне стало слышно каждое их слово.

— Вы уверены, что хотите этого, ваша светлость? — спросила девушка. — Пути назад уже не будет. Когда он нашей помолвке будет объявлено, вас наверняка обвинят в том, что вы слишком быстро сняли траур по своей прошлой невесте.

— Я носил его достаточно для того, чтобы соблюсти все правила приличия, — ответил мужчина. — Этот срок и так был слишком долгим, учитывая то, что я никогда даже не видел Ариану Эгийон.

Когда он произнес это имя, я вздрогнула и задела рукой один из хрустальных бокалов на столе, и тот издал странный пронзительный звук.

Дверь распахнулась, и я, наконец, увидела человека, о котором столько слышала всю эту неделю. Я смотрела на него. А он — на меня. И в его взгляде сейчас сверкали молнии.

Он был высок и ослепительно красив той настоящей мужской красотой, которая заставляет чаще биться девичьи сердца.

Темные волосы, густые брови и едва заметная щетина на щеках и над верхней губой, которая, как ни странно, ничуть не портила его, а напротив, придавала его облику какую-то благородную небрежность. У него были аристократичные черты лица и горделивая посадка головы, выдававшая в нём человека, облеченного властью. А карие глаза смотрели на меня как на какое-то досадное недоразумение.

— Что происходит, ваша светлость? — громко спросила спутница герцога, которая всё еще стояла в коридоре.

И только тогда я посмотрела и на нее. О, она тоже была красива! И тоже, как и я, была блондинкой. Только если мои волосы отливали золотом, то ее были совершенно белыми, словно выгоревшая на солнце солома. И вся она была похожа на фарфоровую куклу — приятные черты лица, бледная кожа и большие темные глаза.

— Я и сам хотел бы это знать! — ледяным тоном сказал де Шеврез и сделал шаг в мою сторону. — Кто вы такая, мадемуазель, и как, дракон вас подери, вы оказались в этом кабинете?

Я прекрасно понимала его негодование. Он предвкушал приятный вечер с любимой девушкой, которая вот-вот должна была стать его официальной невестой, а в кабинете, находящемся под магической защитой, вдруг оказалась какая-то незнакомая ему девица.

— Простите, ваша светлость, — пролепетала я, чувствуя себя неуютно под его гневным взглядом, — но нам нужно поговорить наедине.