Книга Свет над Грозовым Створом, страница 40 – Алиса Миро

Но спать было нельзя. Сегодня открывается моя подпольная лаборатория.

​В дверь поскреблись. Тихо-тихо, как мышь.

Я открыла засов.

​На пороге стояла Эльза. Она была бледна, но глаза горели азартом соучастницы. Под широким передником у неё что-то топорщилось.

​— Миледи... — выдохнула она, проскальзывая в комнату и тут же прижимаясь спиной к двери, словно за ней гналась сама Мерца. — Принесла.

​Она выложила добычу на стол.

Это было великолепно.

​Во-первых, воск. Огромный, желтый кусок, пахнущий медом и летом. Настоящий, неочищенный пчелиный воск.

Во-вторых, глиняная бутыль, заткнутая пробкой. Я выдернула пробку и понюхала.

— Льняное масло, — констатировала я. — Холодный отжим. Золото, а не масло. И они тратят это на смазку колес?! Варвары.

​И, наконец, ткань.

Эльза развернула сверток. Это был тончайший, отбеленный лен. Мягкий, прохладный на ощупь. Не та дерюга, из которой сшиты мои простыни, а ткань, достойная королей. Или перевязки раненых офицеров.

​— Вы чудо, Эльза, — сказала я искренне. — Это именно то, что нужно.

​Служанка зарделась.

— Мерца храпит у себя, даже не слышала, как я ключи стащила. Миледи... а тот крем... для лица... вы правда сделаете?

​Я посмотрела на её обветренное лицо.

— Я сделаю лучше. Я сделаю "Золотой Эликсир". Но мне нужна твоя помощь. Нужно следить за огнем.

​Мы работали в тишине, нарушаемой только треском дров.

Я чувствовала себя фармацевтом, смешивающим лекарство от старости.

​У меня не было водяной бани, поэтому пришлось импровизировать: маленькую миску (из-под той самой капусты, тщательно отмытую кипятком) я поставила в большую кастрюлю с водой, которую мы нагрели на камине.

• ​Фаза А: Жирная. Я накрошила ножом воск в миску. Добавила льняное масло. Пропорции определяла на глаз — примерно 1 к 4. Воск плавился медленно, превращаясь в золотистую, густую жидкость.

• ​Фаза Б: Водная. Розовой воды у меня не было. Но у меня была вода, в которой я заваривала остатки сушеной мяты из аптечки (для тонуса).

​Когда обе фазы достигли одной температуры, я начала смешивать.

Венчика не было. Я использовала две чистые деревянные палочки.

— Мешай, Эльза, — скомандовала я. — Быстро и в одну сторону. Эмульсия не должна расслоиться.

​Эльза старательно взбивала смесь, высунув кончик языка от усердия. Жидкость на глазах белела, густела, превращаясь в плотный, желтовато-кремовый крем.

​— А теперь — секретный ингредиент, — прошептала я.

​Достала остатки того самого нарцисса (лепестки я уже использовала для мази рук, но остались стебель и сердцевина, полные сока). Раздавила их в ступке и добавила кашицу в крем.

И, конечно, магия.

​Поднесла руки к миске. Уколола палец (левая рука уже выглядела как у наркомана, но цель оправдывала средства). Капля крови упала в крем.

​— Vis Vitalis, — прошептала я, закрывая глаза.

​Я представила сияние. Не просто свет. А то внутреннее свечение здоровой, молодой кожи, которого мне так не хватало. Эффект "блюра", фотошопа в реальной жизни. Гладкость. Упругость.

Я вливала в этот крем свое отчаянное желание быть красивой.

​Крем в миске на секунду вспыхнул мягким, золотым светом. Текстура стала глянцевой, однородной. Запах льняного масла исчез, сменившись тонким, свежим ароматом весеннего луга.

​— Готово, — выдохнула я, отирая пот со лба.