Книга Сила любви, страница 48 – Елена Зауэр

За ночь конь никуда не делся. Уже хорошо. Я с опаской ждал, когда он заговорит. Но он молча жевал траву, лишь косил на меня глазами. Я достал хлеб и воду.

— Перекусим?

Белокрыл подошёл поближе, медленно прожевал горбушку и произнёс:

— Я всю ночь думал и решил, что ты не можешь быть не Путятой.

Я поперхнулся водой. Приехали. Вчера всё выяснили, а он опять за своё. Ну, если ему так легче, пусть я буду для него Путятой, кем же мне ещё быть. Выбора мне не дали.

А конь продолжил:

— Возможно ты и другой, но ты Путята, так как я здесь, а не в Нави. Я же говорил тебе, что все боевые кони отправляются в Навь вместе с хозяевами?

Я кивнул.

— А раз я здесь. Значит, такова воля богов, и я тебе нужен. Но я — боевой конь Путяты, значит ты — Путята!

Интересная логика. Но, мне это на руку. Я облегчённо выдохнул. Новую лошадь мне искать не придется.

— Дожёвывай свой хлеб, хозяин! И помчали вперед!

И мы помчали!

Только сначала я намучился с седлом. С первого раза нацепить его правильно не получилось, со второго тоже. Конь мне помочь ничем не мог, он просто не знал, какой ремешок с каким соединять. Говорят, Бог любит троицу. Вот и мне удалось закрепить ремешки так, как надо, с третьего раза.

— Ты молодец! — похвалил меня конь, когда я очутился в седле.

— Спасибо! Я старался!

Полдня мы скакали быстрым скаком. Мимо пронеслись несколько лугов и лесов. Я их уже не считал. Думаю, что уж мимо моря мы точно не проскачем. Меня больше волновал рыба-кит. Точно ли он будет плавать вдоль берега, и как на него попасть. Ну и самое главное, как нам вернуться с острова Буяна обратно. Ладно, будем решать проблемы по мере поступления.

Солнце клонилось к закату, когда мы въехали в очередной хмурый лес. Тропа виляла из стороны в сторону. Корявые столетние дубы, опутанные паутиной, тянули к нам свои ветки. Огромные пауки таращились на нас свои глазами-бусинками. Стояла зловещая тишина, нарушаемая изредка хрустом веток под копытами Белокрыла.

Конь тревожно оглядывался по сторонам.

— Этот лес мне совсем не нравится, — произнёс он.

И тут мы выехали на красивейшую поляну. Была она окружена ёлочками и березками, травка стелилась под ногами мягким ковром. В воздухе витал цветочный аромат. Из кустов доносилась трель какой-то птички. На полянке стоял терем. Про такие в наших сказках писали «ставенки резные, окна расписные». А рядом был загон для лошадей с кормушкой, полной свежего сена.

— Ну, вот, видишь, какая тут красота, — сказал я. — Чего тебе не нравится?

— Всё не нравится, — ответил конь.

Но я его уже не слушал. Моим вниманием полностью овладела девица, показавшаяся в дверях. Она медленно спустилась по лестнице и направилась к нам. Не шла, плыла лебедушкой. Вспомнилось ещё одно выражение из сказки. И была она такой красивой, что дух захватывало. Стройная, изящная. В красном сарафане, подчёркивающем тонкую талию. Из широких рукавов выглядывают тонкие ручки. На маленьких ножках красные сапожки.

Такой красоты я ещё ни разу в своей жизни не видел!

— Очнись, хозяин, — дёрнулся конь и попытался свернуть в лес. — Поехали от греха подальше.

Но я упёрся.

— Подожди. Не удобно же вот так сразу, даже не поздоровавшись.

Я спешился и пошёл навстречу девушке. Белокрыл попытался остаться на месте, но я ему такой возможности не дал, дернул за уздечку и сердито прошептал: