Книга Найденные судьбы, страница 21 – Елена Зауэр

Потом посмотрела на меня внимательно и добавила:

— А к тебе, Марин, я ещё подойду позднее.

Я кивнула, а что мне ещё оставалось делать. Она же, вроде бы, подружка моей, то есть Марининой, матушки и знает меня, то есть Марину, с пелёнок, нянчила её. Понятно, теперь она волнуется за меня. Надо будет её как-то успокоить. Только как? Она же не дура, видит, что со мной что-то не так.

Краснова ухватила меня под локоток и потащила в нашу светёлку.

— Вот прицепилась, — бубнила она, — подойдет она к тебе позднее! Наверняка, поговорить с тобой захочет и сразу поймёт, что с тобой не всё в порядке. Ещё подумает, что у тебя раздвоение личности. Тогда точно в дурку упекут.

— Но со мной всё в порядке, — попыталась возразить я.

— С тобой-то да, — согласилась Милка, — но ты не Марина. А она настоящую Марину с детства знает.

— Но ей можно рассказать, что я из прошлого, — предложила я.

— Ага, — кивнула головой Краснова, — и отправиться прямиком в дурдом.

— Почему?

— Да, потому что она тебе не поверит, глупая, — Краснова посмотрела мне в глаза, — мы то все с трудом верим. А врачи точно не поверят, решат, что Марина просто умом тронулась.

— И что же мне делать? — мне стало страшно, хотелось убежать куда-нибудь и спрятаться. Чтобы никто меня не нашёл. Был бы здесь неподалёку лес, я бы вырыла себе там в чаще землянку, родила (я уже свыклась с мыслью, что у меня появится ребенок) и жила бы себе спокойно. Рыбу бы в реке ловила, коренья и ягоды собирала. Не пропала бы. Там, в лесу, хоть всё понятно. А тут страшно. Не так я хотела на будущее посмотреть.

— Не ссы, прорвёмся, — с улыбкой произнесла Краснова и пихнула меня локтем в бок. Это она так меня подбодрила что ли? Смотрит по-доброму. Да, видно помочь хочет.

— Ты же придумаешь что-нибудь, чтобы меня в ваш этот дурдом не упекли? — с надеждой спросила я.

— Конечно, вот только позавтракаем, и сразу придумаю, — подмигнула мне Милка и втолкнула в нашу светёлку. — Ты, кстати, запоминай, что тут как? — добавила она. — Мы с тобой всё время ходить не сможем.

— А мы уже вас заждались, — подскочили к нам другие молодайки. — Ну как? Как всё прошло.

— Ой, девочки! — заверещала Милка. — Что было! Что было!

— Ну, не томи, Мил, рассказывай уже, — попросила одна из бабёнок, имени которой я не запомнила.

— Ага, рассказывай, — возмутилась Краснова, — сами поели, а мы с Маринкой голодные, как волки. Того и гляди в обморок шандарахнемся! Вот поем, тогда расскажу.

Милка потащила меня к столу.

— Доставай свою чашку, — сказала она мне.

— Откуда? — спросила я.

Краснова вздохнула и потащила меня от стола к кровати. Рядом с ней стоял какой-то баул, из него доносилась приятная музыка.

— О, — проговорила Мила, — тебе кто-то названивает! Возьми трубку!

— Трубку? — ошеломлённо спросила я. — Но я не курю табак.

Вечером в наше окно постучали.

— Марьянка пойдём на вечорки? — ослышался молодой девчачий голосок. — Чего ты там со старухами всё сидишь? Пойдём! А то, досидишься! Замуж никто не возьмёт!

— Явились не запылились, — проворчала беззлобно Менанья.

Но тут послышалось противное хихиканье, и кто-то громким шёпотом пробасил:

— Так её и так никто не возьмёт! Ни кожи, ни рожи!

— Тише ты, Марфутка, услышат же, — шёпотом ответил первый голос и снова громко, — Марьянка, ну пойдём! Нам для ручейка как раз одного человека не хватает. А ты всё дома торчишь!