Книга Проклятие Синей Розы, страница 33 – Мария Ерова

— Тьфу. - сплюнула она к ногам, своим и его вполне натурально. – Охотничье отродье!

Хейд попытался задрать голову, чтобы рассмотреть, что же так вывело старуху из себя. Точно, расчёсанный в кровь узор родимого пятна, о котором он никогда не помнил, но который всегда был отчего-то особенно чтим его приёмными родителями. И вот теперь эта старушка-садистка обратила на него свой, несомненно, ненавидящий взор.

Задавать ей вопросы по поводу сказанного и повышать уровень своей эрудиции Хейдену совсем не хотелось. Мало ли, что ей там пригрезилось. Парень предпочитал думать, как ему выбраться из кровожадных лап взбесившейся пенсионерки, но придумать ничего не мог. Просто от слова совсем.

— Ты умрёшь страшной смертью! – внезапно пообещала бабушка, словно в довершение его мыслей.

Хейден хотел ещё что-то съязвить, но внезапно в руке старухи блеснул огромный ритуальный кинжал, нацеленный прямо в его грудь. Она истошно закричала, вытаращив глаза, и замахнулась для удара.

«Это конец» - только и успел подумать Хейден, с силой зажмурив глаза. Мгновение медленно перетекало в вечность.

Глава девятнадцатая. Проклятие поместья Уэйнрайт.

Сказать, что Лаура злилась, это было ничего не сказать. Её руки упорно касались той самой невидимой преграды, что не давала ей выбраться из заколдованного поместья, но сдаваться она не собиралась.

Она пыталась хоть что-нибудь предпринять, сломать невидимый барьер силой мысли или с помощью кулаков. Лаура даже вспомнила все известные ей молитвы, но то ли вера её была слаба, то ли она здесь просто не работала.

И всё же девушка не сдавалась. По крайней мере, внешне. Сдвинутые к переносице тонкие тёмные брови, плотно сжатые зубы, злющие карие глаза.

Вначале он  наблюдал за ней из окна – Лаура давненько приметила одинокую фигуру месье Бертрана, замершую у своего наблюдательного поста. Но увлёкшись процессом вызволения себя на свободу, девушка, признаться, даже успела забыть о нём, а потому голос, внезапно раздавшийся за её спиной, заставил её вздрогнуть.

— Я пытался, и не единожды. – бархатный голос был настолько притягательным, что Лаура не смогла, как намеревалась, его проигнорировать, и повернулась, чтобы ещё раз улицезреть обаятельного француза.

В свете дня его бледность особо бросалась в глаза, но абсолютно не отнимала необычайной привлекательности молодого хозяина поместья Уэйнрайт. Он не улыбался, но во всём его облике, словно пронизанном лучами солнца, ощущалась неподдельная теплота. А ещё неземная печаль, что, похоже, давно стала его вторым лицом, маской, которую уже было не снять. Рука его была перевязана – девушка с облегчением вздохнула, она терпеть не могла вида крови.

Яркий свет дня был неприятен для его глаз – он щурился на солнце, и Лаура даже успела мысленно посочувствовать ему, прежде чем задать очередной интересующий её вопрос.

— Скажите, наконец, месье Бертран, что здесь произошло? И о каком таком проклятии вы толкуете?

Внимательные синие глаза с искренним интересом изучали Лауру, не похотливо, нет! Но с особым затаённым интересом. Она кожей чувствовала это, и от смущения у неё зарделись щёки.

— К стыду моему, я и сам этого не знаю. – в конце концов он потупил свой взор, в котором всколыхнулась неразбериха чувств и эмоций. – Вначале было не так: заколдованным был только лес, и я мог спокойно выходить за пределы поместья. Это проклятие наслала на меня одна ведьма, которой я нечаянно перешёл дорогу, даже сам не подозревая об этом. Это очень печальная история, и пока я не готов Вам её рассказать…