Книга Блок на магию, страница 67 – Александра Рай

— Чего мы там не видели! Снимай чертовы тряпки! — прорычал он.

Я стянула пиджак, расстегнула рукава рубашки, сквозь полупрозрачную ткань которой отчетливо проступали ветви и листья, и алые цветы словно подсвечивались изнутри.

Я сняла рубашку, оставшись в бюстгальтере, и принялась стягивать брюки, чтобы показать размах, с которым татуировка обосновалась на моем теле.

Живот, бедра, спина, ягодицы, руки до запястий были увиты ветвями с листьями и цветами.

— В какой момент она появилась? — Корвин осмотрел меня с тщательностью доктора на приеме.

— В ночь после поцелуя я проснулась от адской боли, — ответила я. — И на мне стали проступать первые ветви.

— Хм, — ответил Корвин.

— Что?

— По идее, у него тоже должна проявиться татуировка, — задумчиво постучал пальцем по подбородку Корвин.

— Если бы у меня появилась такая татуировка, то я бегом побежал бы, бросив все, к своей предназначенной, — зачарованно и отрешенно проговорил Салли. — Это такое чудо…

— У него не появилась татуировка? — спросила я. — Такое может быть? Чтобы у одного появилась, а у другого нет?

— Невозможно, — ответил Корвин и показал мне рукой на одежду. Я принялась одеваться, а он продолжил рассуждать: — Нужно сказать ему. Он просто не знает, что происходит, и сам может все испортить.

— Да кто он-то?! — воскликнула я. — Кэл?

— Император, — ответил мой куратор. — Император и есть Кэл. Это его сокращенное имя — Келларэн — Кэл. Ну, я думал ты уже догадалась, сократив его имя.

— Я спрашивала его в лицо, он все отрицал, — ответила я, но тут же вспомнила, что Нокс ничего не отрицал, он просто не ответил на мой вопрос прямо, вот и все.

Я схватилась за щеки, которые запылали. Все это время я возмущалась и была недовольна моим Кэлом, тем самым, который защищал меня, вырезал мне защитный амулет и приходил по ночам. Но почему в роли императора он становится совершенно другим?

— Завтра ты с ним встретишься, — Корвин принялся ходить по кабинету взад-вперед. — Попроси у него личную встречу, он должен согласиться. И покажи ему татуировку.

Я кивнула.

Как я добралась до своей комнаты — я помнила с трудом. Точно помнила то, как расправляла форменную юбку и чистила пиджак с ботинками, как принимала душ и ложилась спать. И сон, такой явный, что во сне мне казалось, что все происходит по-настоящему.

В центре кабинета Корвина стоял Кэл, каким я его помнила. Он был одет в золото и драгоценности, величественный и притягательный, и, оттого, еще более опасный. Вместе с ним в кабинете находились Корвин и Салли. Корвин — с храбростью в глазах и Салли — растерянный, но непоколебимый. Ну, а в центре стояла я, изучая их лица, направленные друг на друга.

— Я обеспечу ей счастливое и спокойное будущее, — высказался Корвин уверенным голосом. Я ощутила, как от его слов разгорается пламя надежды, но в то же время меня терзали сомнения. Смогу ли я быть с ним счастлива?

— Я — её судьба. Мы созданы друг для друга, и только я могу обеспечить ее счастье и процветание.

От слов Кэла мое сердце забилось быстрее, а дыхание участилось.

— Настоящая любовь не требует борьбы, она должна быть свободной. Я желаю ей только счастья, — сказал Салли спокойным и ровным голосом. — Если ее счастье означает отказаться от желания быть ее мужем, я готов это сделать.