Книга Второй шанс для многохвостой лисицы, страница 91 – Селина Катрин

— Я и не беспокоилась, — протянула я, наблюдая, как старческие пальцы дёргаются, будто он готов вцепиться в воздух.

Неужели так много людей его задёргало в преддверии личного праздника Его Высочества?

— Вот и прекрасно, прекрасно, — поспешно закивал Ёсинобу-сан, от чего колокольчик на его забавной шапке жалобно зазвенел. — У нас всё тихо, спокойно… абсолютно спокойно.

Я прищурилась. Поведение казначея мне совершенно не понравилось. Ёсинобу-сан и близко не был похож на того степенного старичка, которому я отдавала свои триста риен на хранение. Пока казначей отсчитывал сто монет с дыркой по центру и насаживал на нить, я сконцентрировалась и трансформировала свой нос в лисий. Частичная трансформация давалась мне сложно, куда тяжелее, чем полная, но уж очень захотелось проверить, не показалось ли, что Ёсинобу-сан сегодня излишне нервный.

Не показалось.

Стоило воспользоваться обонянием второй ипостаси, как в нос ударила такая смесь пота и благовоний, что я оглушительно чихнула и мгновенно вернула себе полноценный человеческий облик.

— Что-то случилось? — уточнил старик, подняв голову.

— Нет, ничего. Хотела спросить, что у вас случилось, — ответила ровно.

— Ничего. — Он демонстративно пожал плечами. — Семьдесят семь, семьдесят восемь, восемьдесят.

— Семьдесят девять.

— Простите, что?

— Вы «семьдесят девять» пропустили, — поправила я и получила неожиданное: глаза Ёсинобу-сана наполнились слезами, и старик оглушительно всхлипнул.

— Всё так, вы правы, семьдесят девять. Я никуда не гожусь! Никуда! Я настолько стар, что уже пора на пенсию!

Я моргнула, глядя на дрожащий подбородок Ёсинобу-сана. Плачущий казначей — это что-то новенькое…

— Пожалуйста, не говорите так, уважаемый Ёсинобу-сан, — произнесла я, склоняя голову в знак уважения. — Если бы не вы, дворец давно утонул бы в беспорядке. Никто бы не помнил, сколько у кого риенов, важные записи растворялись бы в тумане, а полезные вещи потерялись бы…

— А они и потерялись! — Старик всхлипнул ещё громче, а я теперь растерялась по-настоящему.

В смысле? Что потерялось? Как⁈ Но раньше, чем придумала, как озвучить вопрос, казначей сам всё рассказал:

— Ах, Элирия-сан, горе моё безмерно! — заломил руки безутешный старичок. — Вчера, накануне Первого Дыхания его высочества, я раздал слугам их сбережения, чтобы могли они купить нужное для праздника, и сам пошёл вместе с ними. Видно, в суете, в спешке я забыл наложить заклинание защиты, или духи отвернулись от меня… И ныне, о стыд и позор, из ячейки хранения исчезла малая императорская золотая печать!

«Императорская печать! Месяц золотого дыхания! Точно! Как я могла забыть⁈» — мысль пронеслась в голове со скоростью ветра. В прошлой жизни в это время как раз кто-то похитил эту печать, и покои всех леди в павильоне Зимних Слив тщательно осматривали огненные клинки. Тогда вора, кстати, так и не нашли, и зачем это было сделано, никто не понял. Ходили слухи, что кражу совершили эльфы, в желании тайно подделать некоторые документы и внедрить своих шпионов… но ведь делегация остроухих покинула дворец несколько месяцев назад. Что-то тут явно не сходилось. Однако история явно повторялась.

— А почему печать оказалась в обычной ячейке хранения, а не в сокровищнице Аккрийских? — только и смогла выдать я под хаосом мыслей.