Книга Второй шанс для многохвостой лисицы, страница 150 – Селина Катрин

Я старательно держала лицо. Отводила взгляд. Делала вид, что очень занята. Иногда даже называла его «ваше высочество» — исключительно в воспитательных целях. Эван каждый раз морщился, словно я кормила его лимоном, и мстительно отвечал, играя бровями:

— Эли, если ты ещё раз так меня назовёшь, я решу, что ты флиртуешь и намекаешь на ролевые игры.

Апофеозом стала каллиграфия, кураторство над которой принц взял на себя, ведь ему требовалась помощница для составления ответных писем. Однажды он встал непозволительно близко для принца, наставника и вообще любого разумного существа. Я открыла рот, чтобы напомнить про границы, как Эван наклонился и совершенно бесстыдно поцеловал меня. Быстро, почти невесомо, в уголок губ, будто между делом.

— Ты очень красивую формулировку подобрала. Никогда бы не подумал, что тебя не учили «чтению воздуха», так изящно не каждая леди выразится, — сообщил он совершенно серьёзно, отступая на шаг. — Решил тебя похвалить.

Я стояла, ошарашенная, с пылающими щеками и полным отсутствием связных мыслей. Ну конечно, я же училась этому в прошлой жизни почти десять лет, но, увы, не могла признаться… А принц наблюдал за мной с откровенно довольным видом.

— Эван! — возмущённо прошипела я.

— Что? — Он вскинул брови. — Я предупреждал. Ты разрешение дала. Я же помню. На крыше дело было… Или ты забыла?

И вот тогда до меня дошло: дистанцию здесь соблюдаю только я. А драконы, особенно огненные и правящего рода, правила предпочитали не уважать, а переписывать под себя.

Жуки они, в общем, а не драконы.

* * *

— Эли, ты уверена?

Эван переспросил, наверное, в седьмой раз, и я решительно кивнула. Он ходил из угла в угол, проверял печати, списки, маршруты, возвращался ко мне взглядом и снова задавал один и тот же вопрос — так, как умеют только те, кто привык отвечать за себя и за половину государства в придачу.

Месяц золотых шаров шёл к завершению. На деревьях поспевали оранжевые кисловатые плоды, и воздух дворцовых садов был напоён терпким цитрусовым запахом юдзу. Обычно это было время праздников, ленивых прогулок и шутливых состязаний, но в этом году над дворцом висел иной настрой. Вместо музыки — сигнальные колокольчики. Вместо цветных лент — дополнительные печати на воротах.

«Охрана всего дворца. Боевая готовность», — коротко и сухо значилось в приказах, которые зачитывали огненным клинкам и персональной страже принцев каждое утро.

Я рассказала Эвану о грядущем прорыве Мёртвых Душ, а он поверил и сделал всё, что было в его силах. Памятуя, что в этой реальности некоторые события смещались и одни иногда имели влияние на другие, дворец был готов к нападению с самого начала месяца.

Был усилен караул, были расставлены дозорные на крышах и проверены все тайные ходы, о существовании которых я даже не подозревала. Магические контуры обновляли ежедневно, а Эван лично обходил периметр дворца.

— Да, я уверена, прорыв будет сегодня. — Я посмотрела на солнце на небе, поёжилась от воспоминаний годовой давности и добавила: — Меньше чем через полчаса. И нет, я не буду сидеть в павильоне Небесного Дракона. Я тень огненного клинка и буду сражаться, как и все воины.

Эван покачал головой и вздохнул, а затем внезапно притянул к себе и крепко обнял. Мелькнувший вдалеке слуга явно шёл в нашу сторону, но стоило увидеть, что принц Аккрийский обнимает барышню, как он тут же округлил глаза от испуга и спрятался за угол.