Книга Его щупальца, страница 30 – Тина Тандава

— Значит, время покормить тебя, сладкая, – и накрыл мой рот, языком заставляя разжать зубы. Чуть поелозил им у меня во рту, а следом выгнулся, и в меня потекло.

Чтобы не подавиться, я старалась дышать ровно и не думать, как выглядит то, что он мне даёт. Но перед глазами так и стоял пластиковый стаканчик спермы.

После мы опять заснули. И, признаться, мне спалось хорошо. Объятья Тилори́на были сухими и тёплыми, прикосновения бережными и ласковыми, а тонкое одеяло приятно грело кожу там, где не дотягивались его щупальца и руки. Дыхание вплеталось в волосы и оседало на шее сбоку. И я, перед тем как заснуть, вдруг подумала, что, пожалуй, мне хорошо сейчас. С ним, вот так, в мягком коконе из рук и щупалец, которые сухими казались совсем не похожими на холодную и склизкую рыбу. Если отбросить мысли о том, что я всё потеряла, что я в плену, что рядом насильник и самый настоящий монстр. Если забыть обо всём этом, то сейчас, мне было очень хорошо. А внизу живота и сзади, откуда всё ещё вытекало его вездесущее семя, приятно остывала сытая усталость.

Проснулась я на рассвете. Во всяком случае, на жаркий полдень это не походило. Солнечные лучи, пронизывающие водяную толщу за барьером, были косыми и красноватыми, а сверху плескалась оранжевая поверхность моря. Тилори́на рядом не было, а когда я приподнялась на ложе, увидела его с той стороны магического пузыря, что отделял океан от нашего уютного уголка.

Щупальца моего недоспрута оказались и впрямь длинными: метров пять, если не больше. Перламутровые узоры мерцали на серо-синей коже, а присоски отдавали розовым. Тилори́н разводил их в стороны, а после резко выбрасывал назад, делая стремительный рывок вперёд или вбок. То приближался, то почти пропадал во тьме, оставаясь лишь силуэтом, а затем возвращался. Медные волосы красиво плыли за его головой, закрывая глаза в моменты, когда он резко менял траекторию, но тут же вновь вытягивались почти до середины спины

Похоже, он охотился. Я успела заметить, как он схватил руками рыбёшку, а после вцепился в неё зубами. За пару секунд сожрал, оставив лишь голову и хвост, и тут же ринулся за новой.

Теперь со стороны было видно, какое рельефное и красивое у него тело. Мышцы плеч, рук и спины играли при каждом движении, а когда он поворачивался грудью, я могла пересчитать все кубики пресса даже отсюда. У Саши было не так. Саша, как и почти любой океанолог, был в первую очередь учёным, а не культуристом. Мышцы-то у него были, но большая часть пряталась за уютным слоем жирочка, который он насиживал в лаборатории. Я ничего не имела против, рассчитывая, что когда мы поженимся, смогу повлиять на его физическую активность. Хотя бы в той же постели. Разве молодой мужчина способен отказаться от регулярного секса? Сомнительно.

Впрочем, насчёт Саши я уже не узнаю, а вот молодой пятидесятилетний человеко-спрут не отказывался точно. И не отказывал себе ни в чём.

Я зевнула и, не успев сдержаться, сладко потянулась. Тилори́н заметил движение и прервал очередной стремительный рывок. С улыбкой помахал мне рукой и резко юркнул куда-то вниз. Я приподнялась выше, а в следующую секунду снизу раздался всплеск, и Тилори́н вынырнул из той полыньи, где располагался вход.

— Доброе утро, сладкая, – сказал он приветливым низким голосом, убирая плёнку третьего века с глаз, делая их ясными. – Как твоя писечка? Ты не голодная? Я где-то через час только покормить тебя смогу, ладно? Если надо попить, попробую раздобыть пресной воды, хочешь?