Книга Десятая невеста. Драконья печать, страница 77 – Лиса Райс, Александра Каплунова

— Покои моей матери, — говорит Вестар, останавливаясь перед резной деревянной дверью. — Никто не входил сюда после… после той ночи.

Он кладет руку на дверную ручку, но медлит.

— Что-то не так? — спрашиваю я тихо.

— Я не был здесь десять лет, — отвечает он, голос внезапно охрип. — С той ночи, когда Ктулах…

Он не заканчивает, но мне и не нужно объяснений. Я осторожно кладу руку на его плечо.

— Ты не обязан входить туда. Я могу поискать одна.

— Нет, — он качает головой. — Я… хочу увидеть это место снова.

Он толкает дверь, и она открывается с тихим скрипом. Комната за ней залита светом свечей от огромной люстры под потолком. В центре стоит большой стол, заваленный книгами, свитками и странными инструментами. Вдоль стен тянутся полки, заставленные склянками, кристаллами и еще большим количеством книг.

Воздух удивительно свежий для помещения, закрытого столько лет. Ни пыли, ни затхлости, словно комната была герметично запечатана от времени.

— Драконья магия, — поясняет Вестар, заметив мое удивление. — Матери не нравилась пыль на книгах. Она наложила консервирующее заклинание на всю комнату.

Он медленно проходит к столу, касаясь поверхностей кончиками пальцев, словно не веря, что все реально.

— Вот, — он указывает на большую книгу в центре стола, раскрытую на странице с изображением кристалла, поразительно похожего на те, что мы нашли. — Мать изучала душевные кристаллы незадолго до… конца. Тогда я еще не понимал зачем, но, похоже, она что-то подозревала.

Я подхожу ближе, вглядываясь в текст, написанный на странном языке с витиеватыми символами.

— Я не могу это прочесть.

— Старый драконий, — Вестар наклоняется над книгой, его лицо внезапно оказывается так близко к моему, что я ощущаю тепло его дыхания. — Здесь говорится о кристаллах как о сосудах для душевной энергии. В природе они встречаются редко, но могут быть созданы искусственно при соединении определенных минералов и… крови живого существа.

Он переворачивает страницу, и я вижу схематическое изображение ритуала с кругом, свечами и кристаллом в центре.

— Это ритуал создания кристалла, — продолжает Вестар. — Но здесь только теория. Мать никогда не практиковала такую магию. Она считала ее неэтичной.

— Но, похоже, Ктулах практиковал, — произношу я с невольным горьким смешком.

— Да, — Вестар сжимает кулаки. — Но он извратил процесс, чтобы не просто создавать кристаллы, а использовать их для хранения и питания от чужих душ.

Он переворачивает еще несколько страниц, пока не останавливается на схеме, изображающей человеческую фигуру, окруженную светящимися линиями, соединяющимися с кристаллом.

— Вот… здесь что-то похожее на ритуал Ктулаха, если я верно понимаю. Кристаллы впитывают в себя энергию души.

— Но как освободить душу из кристалла?

Вестар листает книгу дальше, пока не находит нужную страницу.

— Здесь, — он указывает на текст. — «Душа, заключенная без согласия, может быть освобождена только актом безусловной любви того, кто заточил собой или же его добровольно отданной частицей». Туманная формулировка, типичная для старых драконьих текстов.

— Безусловная любовь? — я хмурюсь. — Что это значит?

— Если бы я знал, — он вздыхает. — Возможно, это метафора. Или буквальное требование. Древняя магия часто опирается на эмоции и намерения больше, чем на технические аспекты. Но я слабо представляю, как я могу совершить акт любви с кристаллом.