Книга Антрацит, страница 61 – Кира Уайт

Отвернувшись от окна, натыкаюсь взглядом на безучастную Кейт, так и сидящую в углу. Холден расположился за столом с блокнотом и карандашом наготове. Понятия не имею, где он их достал. Тайлер сидит напротив, практически распластавшись грудью по столешнице. Надеюсь, это признак того, что обошлось без серьезных травм.

Отправляюсь на поиски ванной. Из зеркала на меня смотрит незнакомка. Волосы растрепались и спутались, лицо осунулось и заострилось, глаза – черные бездны, наполненные лихорадочным блеском. Умываюсь и привожу прическу в порядок, чтобы хоть как-то вернуть частичку прежней себя. Держу руки под ледяной водой столько, сколько могу выдержать. Пальцы немеют, кожу покалывает, но это особым образом возвращает в чувства.

Стягиваю грязную футболку и переодеваюсь в черную майку. Спортивные штаны тоже летят прочь. Их сменяют джинсы, за более надежным поясом которых удобнее располагается пистолет.

Остаюсь за запертой дверью еще несколько минут, чтобы совладать с собой до конца. Мне необходимо искоренить накатившую сегодня слабость и вернуть себе уверенность и непоколебимость. Только так я смогу выбраться из всего этого невредимой хотя бы физически. С психикой сложнее, но я обязана справиться.

Надеюсь, Макс придумает стоящий план, вытащит нас из этого города и переправит туда, где не придется убегать и убивать.

Черт, и почему я не переехала на гребаный необитаемый остров?

Выхожу из ванной. Холден и Тайлер до сих пор общаются с Максом. Они перевели телефон на громкую связь и что-то чиркают в блокноте. Из динамика доносятся голоса брата, его помощника и еще кого-то незнакомого. Миг размышляю, стоит ли подойти, но решаю, что и без меня слишком много людей принимают участие в споре. А то, что происходит за столом крохотной кухоньки, по-другому назвать сложно.

Выбор встает между диваном и Кейт. Девушка выглядит жалко. Лицо посерело, губы искусаны, синие глаза потускнели и даже великолепные волосы, кажется, утратили здоровый блеск. Но во мне не поднимается ни капли злорадства, хотя Кейт только и делала, что бесила меня всю поездку.

Ноги сами ведут меня к ней. Не спрашивая позволения, опускаюсь на пол рядом с ней. Кейт почти безразлично смотрит на меня, но ей не удается скрыть промелькнувшего влажного блеска в глазах. Слезы, впрочем, так и не проливаются.

— Ты как? – спрашиваю без особой теплоты в голосе.

— Плохо, – честно говорит она и качает головой. – Я… послушай…

Проходит полминуты, затем еще около того, но Кейт будто воды в рот набрала.

— Что ты хотела сказать? – интересуюсь тем же тоном, когда пауза становится совсем уж неловкой.

— Извиниться, – произносит она странным тоном, отчего слово звучит полувопросительно.

— Извиниться? – переспрашиваю удивленно.

— Ну да-а… – Кейт набирает в грудь побольше воздуха и выпаливает на выдохе: – Мне очень страшно, Ника. Очень-очень. Я знаю, что обязана тебе жизнью. Если бы не ты, меня убила бы мисс Пенли. Я не знаю, почему веду себя как последняя стерва с тобой, наверное, это защитная реакция организма на стресс. Мне правда очень жаль, что я наговорила тебе столько гадостей. И ты права, ваши с Джастином отношения меня не касаются. Я больше не полезу к тебе с этим, обещаю.

В конце своей проникновенной речи, Кейт прикладывает руку к груди и смотрит на меня щенячьим взглядом. Не знаю, то ли ей действительно жаль, то ли она говорит все это, потому как сейчас только от Максвелла зависит, выберемся мы из пекла или нет. Особого значения это не имеет. Для себя я уже решила – подругами нам точно не быть.