Книга Непокорная жена, или Как (не) разозлить дракона, страница 97 – Елена Счастная

Регар хотел найти как можно больше доказательств вины Харды, ведь тот свой план о перехвате княжеской власти он начал воплощать, судя по всему, очень давно. Его супруга сопровождала нас по всему дому, ничему не препятствуя, хоть больше никаких тайников раскрывать не стала.

Возможно, их и не было — всё самое важное мы уже нашли.

— Почему вы решили помочь нам? — всё-таки не удержалась я от вопроса.

Женщина подумала, печально кривя губы, и мне вдруг показалось, что они с графом как будто совсем чужие люди. Даже в самый первый визит в дом Даркула я сразу поняла, что тот ни во что её не ставит, она лишь тень, которая существует рядом с ним чисто номинально.

— Потому что я устала, — просто ответила графиня. — Его давно перестала интересовать семья — он всего себя посвятил своей выдуманной цели, потому что решил, что достоин большего, чем имеет сейчас. А чего большего? У него взрослые дети, дом и земли, дело, которое хорошо нас обеспечивает. Что ещё нужно?

Регар, который находился поблизости, контролируя обыск дома и одновременно с этим изучая целый диск активатора, покосился на неё с лёгким скептицизмом во взгляде.

— Чаще всего мужчинам нужно больше власти, — вмешался он в разговор. — Особенно если они уже получили доступ к какой-то её части. Но я всё-таки сомневаюсь, что толчком к вашей помощи стали лишь его амбиции.

Женщина покачала головой.

— Нет, конечно. Последней каплей стало то, что я узнала, что у него есть внебрачная дочь. После стольких лет брака! — она выдохнула и немного помолчала, прежде чем продолжить. — И, судя по возрасту, он изменил мне почти сразу после свадьбы! А тогда мне казалось, что он меня действительно любит. Если бы сейчас… Может, я и не удивилась бы. Прошло много лет, самые острые чувства прошли. Но тогда…

Мы с Регаром переглянулись и молча решили, что дальше вопросы лучше задавать мне.

— И как её зовут, вы знаете? — уточнила я осторожно.

— Знаю, конечно, я уже давно всё выяснила! — графиня вынула из рукава платок и быстро стёрла выступившую слезу, а затем посмотрела на князя. — Даэлла Киррен!

Лицо Регара омрачилось — слова графини Даркул подтвердили наши давние подозрения. Прямого доказательства у нас ещё не было, и вот теперь появилось. Это объясняло многое — и связь со звартской колдуньей, и такое удобное сближение с князем, чтобы подкинуть ему фальшивую “истинную” — и его постоянная протекция Даэллы. Всё отлично укладывалось в одну картину.

— И вы знали, что именно он свёл меня с ней? — с лёгкой угрозой в тоне спросил Регар.

— На тот момент, когда я узнала, её имя уже гремело, как вашей истинной пары, ваша светлость. Он очень много говорил об этом дома, и для меня это было странно. Так много рассуждать о судьбе посторонней девицы! А потом я вспомнила, как тётка этой девицы несколько раз наведывалась в наш дом и явно чего-то требовала. А раньше, оказывается, приезжала и мать, — графиня смолкла. — Если вы хотите подробностей его замысла, то вам лучше спросить его самого или Лалию Киррен. Не меня.

На этом мы решили закочить расспросы, да и дальнейший осмотр дома ничего не дал. Все необходимые доказательства вины графа в случившемся нападении на Брудвель у нас теперь были, были доказательства заговора, который могла подтвердить его жена. И она согласилась дать все показания, какие от неё потребуются.