Книга Кто Там, на моем плече?, страница 327 – Мария Барышева

— На тебя всегда действовали мои эмоции! И я сейчас в бешенстве! Какого черта ты улыбаешься?! Ты полагаешь, это игра такая?! Думаешь, я шучу?! Думаешь, то, что я узнал, что-то изменило?! Да я тебя не выношу! А твою музыку - еще больше! Потому что все это - сплошное вранье! Потому что ничего этого на самом деле нет! Для тебя это просто красивые звуки, а нам это душу выворачивает, черт!

— Ухух! - озадаченно сказал внизу незаметно подкравшийся Гордей и вопросительно подергал Денисова за штанину. - Охох?

— От тебя, - Костя наклонился и подхватил не успевшего увернуться Гордея под подмышки, - по крайней мере есть польза! А какая польза от таких?!

— Чхах! - сбитый с толку домовик протестующе заболтал ногами в воздухе. - Ихих!

— Они поддерживают наше существование, понятия об этом не имея, - Костя с размаху посадил домовика на верх фортепиано. - Они не прилагают для этого никаких усилий!

Аня снова улыбнулась в ответ на его зверскую гримасу и, потерев левую ладонь, опять вернула пальцы на клавиши. Гордей порылся в своей неизменной котомке и протянул Косте курительную трубку.

— Хох!

— Я не злюсь, - мрачно произнес Денисов, - просто меня бесит вся эта ситуация.

— Ухух! - домовик присоединил к подношению свой гребешок, и Костя махнул на него рукой.

— Спасибо, но оставь себе.

Домовик развел лапами, сгрузил предметы обратно в котомку и, повалившись на спину, привольно разметался среди нотных тетрадей. Тотчас от окна долетел слабый звук, точно кто-то едва-едва коснулся стекла, и Костя, метнувшись к креслу, выхватил из-под него свой меч и, скользнув к шторе, резко просунулся сквозь ткань к окну. Но вместо ожидаемого врага узрел лишь прижатую к стеклу физиономию Левого.

— Ты чего разорался? - шепотом поинтересовался времянщик и быстро оглянулся. - Твой приятель ведь уже ушел. А орать на флинта не на пользу.

— Мой флинт - хочу ору, хочу нет! - отрезал Костя. - Тебе-то что?

— Да ничего, просто ночью на такой звук иногда тенетники идут. Я уже троих на вашем подоконнике прихлопнул.

— С каких пор ты гоняешь от нас порождения? - удивился Костя.

— А с каких пор ты лезешь в мои драки? - парировал Левый. - Заканчивай орать!

— Ты эмоционально болтаешь с охраняемым, - заметил Денисов. - Не боишься, что твои коллеги тебя сольют?

— Мои коллеги - не твоего ума дело! - заявил времянщик и беззвучно исчез в ночном мраке, который, казалось, просто схлопнулся на том месте, где он только что стоял. Костя озадаченно почесал затылок рукояткой меча и отвернулся от окна. Аня продолжала наигрывать что-то незатейливое, и Гордей мурлыкал в такт мелодии, звучно подчеркивая каждую взятую Лемешевой ноту до в любой октаве.

— Ух!

— Прекрасно, - проскрежетал Костя, пихнув меч обратно, - у них тут уже сольфеджио! Никому нет дела до того, что я только что говорил! Где б вы все были, если б не я?! Особенно ты, бородатый! Тебя б уже двадцать раз переварили!

— Ух! - лениво сказал домовик и расслабленно закрыл глаза. Косте в этом звуке почудилось такое снисходительное презрение, что он с большим трудом удержался, чтобы не нарушить данный Георгием наказ и не наподдать домовику как следует. Он опустился в кресло и откинулся на спинку, стараясь ни о чем не думать. Опустил веки. Музыка колыхалась вокруг него, становясь все гуще и задумчивей, протекала сквозь назойливые мысли, как вода сквозь пальцы... снова и снова... да с них и вправду капала вода, он чувствовал ее шелковистую прохладу на развернутых ладонях и ощущал каждую каплю, срывающуюся вниз. На щеки деликатно лег ветер, принесший с собой запах хвои, свежести и палых листьев.