Книга Кто Там, на моем плече?, страница 317 – Мария Барышева

— А зачем департаменту эта таинственность, если все равно все обо всем догадываются? Думаешь, это был тот самый...

— Вряд ли. Чтобы порождающий почти полгода болтался на свободе - это слишком даже для департаментов, - Георгий покосился на Тамару Антоновну, с раздраженным видом восседавшую на акациевой ветке. - С тобой все в порядке, сынок?

— К чему этот вопрос?

— Ты хорошо тренируешься. С каждым разом у тебя получается все лучше и лучше... но не слишком ли ты усердствуешь? Я предлагал тебе сократить время, почему ты отказываешься?

— При сложившихся обстоятельствах я должен уметь себя защитить, тебе не кажется?

— Дело только в этом? Ты стал слишком неразговорчивым и слишком... послушным. Это на тебя не похоже.

— Просто я устаю, вот и все.

— Если что... - Георгий задумчиво покрутил веслом, - ты ведь поговоришь со мной?

— Конечно. Мы можем продолжить?

Георгий пожал плечами и, казалось, потерял интерес к теме разговора, и в дальнейшем Костя, проводя тот или иной удачный прием, замечал его одобрительные кивки, но ему казалось, что Георгий вкладывает в эти кивки прямопротивоположный смысл. Действительно ли покойный фельдшер прежде вел дела с Кукловодами? Если так, то он такой же лицемер, как и остальные.

Станислава Костя изловил при первой же возможности - хранитель не мог управлять своим флинтом, который по прежнему исправно посещал тот же супермаркет, что и Аня. На сей раз при виде Денисова Станислав тут же пустился наутек и успел пробежать почти весь молочный ряд, прежде чем Костя его нагнал.

— Не подходи! - испуганно потребовал хранитель, выставляя перед собой сильно недогоревшую деревянную биту. - Слушай, я извиняюсь, только не трогай меня!

— Ты понял, как я ушел, - поведал Костя готическим тоном. - Ты привлек мое внимание.

Хранитель так сильно вытаращил глаза, что Косте пришлось прижать ладонь к нижней части лица, чтобы спрятать ухмылку.

— Но если ты кое-что мне расскажешь, я могу забыть, что мы знакомы.

— А если я откажусь?! - проявил прежний гонор хранитель.

— Тогда я тебя потрогаю.

Полученные сведения Костя передал сотруднику Сергея, пересекшемуся с ним на утренней Аниной пробежке. Сотрудник, сонный мальчишка, одетый в панковском стиле, с интересом оглядел Костиного флинта и отпустил замечание физиологического характера, за что получил подзатыльник. Флинт же мальчишки, мужчина средних лет, безуспешно попытался завести с Аней знакомство, за что мальчишка получил еще один подзатыльник и с угрозами уехал на своей хранимой персоне. Запрыгнув на плечо своего флинта, Костя подумал, что уже довольно давно ничего не говорит Ане о пробежках. Нужда в этом отпала, теперь пробежка прочно утвердилась в графике Лемешевой, и на мгновение Костя вдруг почувствовал озадаченность. Если Аня, в конце концов, последует всем его советам, и ее жизнь уверенно повернет в новое русло, то чем тогда будет заниматься он?

Впрочем, до этого было еще далеко.

Вполне вероятно, это вообще никогда не произойдет.

* * *

— Какая чудная ночь! - меланхолично заметил Сергей, просовывая голову сквозь кухонную занавеску и тут же отдергивая ее, когда из кущи бегониевых листьев навстречу ему вынырнул Гордей и свирепо щелкнул зубами. - Твой домовик ко всем так относится? Или ты составлял ему список?