Книга Злобный рыцарь, страница 262 – Мария Барышева

— Да ты прям роботов каких-то описал! — изумился Костя. — Кто на такое пойдет?! Лишиться всего... даже...

— Хорошо рассуждать, когда с флинтом все ладится! Мне времянщики не нравятся, но мы с тобой не были на их месте. Кроме того, по окончании службы их восстанавливают, и они никогда не отрабатывают второй срок в хранителях. Им гарантировано возрождение. Или отдых — что захотят. А так, как ты мог заметить, они вполне люди, просто им на все плевать. Даже на самих себя.

Денисов невольно взглянул на заоконную тьму, в которой где-то, возле дома, бродили безличностные времянщики, и усмехнулся.

— Но внешне-то они все выглядят совсем как мужики.

— Это всего лишь старый стереотип, департаменты придерживаются вековых укладов, — Георгий пожал плечами. — Армия, в основном, всегда состояла из мужиков. Кроме того, учитывается и психология хранителей. Не каждый хранитель без особого стажа всерьез воспримет грудастых времянщиков. А хранительницы просто могут взбеситься.

— Охренеть! — Костя прижался к стене, пропуская своего флинта с тарелкой. — Так, значит, эти двое действительно могут быть девчонками?

— Вполне. Только они сейчас об этом не знают.

— Не устаю поражаться веселому устройству окружающего мира, — Денисов пожал плечами. — А почему они по двое-то всегда?

— Для надежности, — наставник фыркнул. — И для спецуничтожения мортов — это только им по плечу. Хотя еще, я думаю, они все время друг за другом следят. Это у нас эмоции — сила, а у них — наоборот. Мне кажется, они постоянно друг друга закладывают. Я много повидал времянщиков — бывали и с легкими эмоциями, бывали даже с чувством юмора — все, что они здесь уже приобрели... но ни разу не видел между ними хоть что-то похожее на дружбу...

— Константин Валееерьевич!

Они резко развернулись в сторону входной двери, из гостиной выглянул Гордей и встревоженно сказал:

— Ухух?!

— Помни, что я тебе сказал, — шепнул Георгий, тронув Костю за плечо. — Веди себя сдержанно. Если кто и врежет ему, то это я.

— Почему это? — обиделся Костя. — Я тоже хочу!

— Мал еще! — наставник зло усмехнулся. — Иди, впусти эту гадюку и не забывай мило улыбаться.

— Константин Валеееееерьевич, — снова сладко пропела дверь. — Вы же сами меня вызвали! Я знаю, что вы дома.

— Да-да, — приветливо ответил Костя, быстро заглянув в спальню и прихватив оттуда скалку. — Входите.

— Добрый вечер, — не менее приветливо произнес представитель департамента присоединений, величаво вплывая в прихожую. Он успел сменить свой халат с лиловыми розочками на другой — с незабудками и порхающими бабочками. Пряжек на его туфлях на сей раз не было, но сами туфли были ярко-голубого цвета. Несмотря на свой приветливый тон выглядел Евдоким Захарович усталым и расстроенным и походил на звездочета, получившего опровержение всем своим предсказаниям. — Георгий Андреевич, здравствуйте. Не сомневался, что застану вас здесь. Это очень похвально, когда наставник поддерживает ученика в такой тяжелый момент. Вам сегодня пришлось нелегко.

— Да, — подтвердил Костя с легким смешком, — я жутко расстроился. Проходи, чего в коридоре-то стоять.

— Хм, — представитель с опаской посмотрел на встопорщившегося домовика, недобро поглядывавшего на него с тумбочки, после чего, смешно подхватив полы халата, обошел тумбочку настолько далеко, насколько позволяла ширина коридора, и проследовал в гостиную. Костя обогнал его и прислонился к креслу, в котором ужинал его флинт, встав так, чтобы Аню из-за него не было видно и легко похлопывая скалкой себя по предплечью. Домовик забрался на подлокотник и, болтая ногами, принялся расчесывать свою бороду.