Книга Дарители, страница 312 – Мария Барышева

— Только вчера два раза звонили, что бомба, — заметил один, откашлялся и длинно сплюнул. — Вот не люблю я, когда крутизна такого масштаба здесь зависает в таком количестве! Такое начинается!.. чуть ли не лазерами просвечивают! Представляю, что здесь вечером будет твориться! Уроды!

— И не говори! — поддержал его один из официантов. — Один мой бывший одноклассник здесь часто обедает. В школе был — пень пнем, а сейчас — генеральный директор транспортно-экспедиторской компании. Когда-то на скамейке «Московскую» из горла хлестал, да рукавом занюхивал, а вот теперь, на днях, я ему водочную рюмку от винной чуть дальше, чем обычно, поставил, так он такой скандал закатил — меня чуть не выперли! Суки они все, вот что!

— Зависть в тебе говорит, Серега, зависть, — повар хмыкнул, — потому что ты здесь лакейничаешь, а не шашлычок под «хецуриани» покушиваешь или под «мукузани», а то и под «Шато Марго»… О, наконец-то, молочники приехали!

Фургон завернул во двор, остановился и почти сразу был включен в процесс разгрузки. Из кабины вылез серьезный человек, окинувший собравшихся внимательным взглядом. Он прошел к кузову, залез в него и через секунду выскочил на улицу, держа в руках большую коробку, мало напоминавшую те, в которые запаковывалась молочная продукция. Человек нес ее с заметным усилием — коробка явно была тяжелой. Курившие проводили его заинтересованными взглядами, но когда он вошел в дверь, тут же о нем забыли и вернулись к прежней теме.

— Нет, нет, нет, — говорил тем временем человек проверяющим, которые уже обступили коробку, — Леонид Антонович должен лично проверить. Ему звонили от… — он вытащил из кармана записную книжку, — от Корсун с ведома Баскакова. Сообщите, я подожду.

Явившийся вскоре Леонид Антонович, полный человек с редеющими волосами и большим мясистым носом, в связи с намечавшимся на вечер торжеством уже выглядевший довольно измотанным, заверил, что о звонке ему известно и грузом распорядятся как договорено.

— Все равно проверить надо, — заметил один. Человек, принесший коробку, равнодушно пожал плечами.

— Да проверяйте, что я — не понимаю? Только не здесь и не все — двоих, вместе с вами, Леонид Антонович, будет вполне достаточно. Там ценный антиквариат, я за него головой отвечаю.

— Ценный антиквариат в молочном фургоне? — с недоверчивой усмешкой спросил один из проверяющих.

— Так потребовала Корсун, — сопроводитель антиквариата криво улыбнулся. — Чтобы никто не догадался. Ладно, мое дело десятое… сказали привезти, я привез, насчет остального разбирайтесь с самой Корсун. Распишитесь, да я поеду — у меня еще сегодня заездов до хрена!

— Несите за мной, — распорядился Леонид Антонович и кивнул одному из проверяющих. — Идемте.

Они свернули в боковой коридор, а оставшиеся снова принялись за работу.

Через пятнадцать минут сопроводитель антиквариата вернулся. Возле проверяющих он замедлил шаг. Его лицо сияло, глаза лихорадочно блестели.

— Спихнул, слава богу, — бодро сообщил он. — Ну пока, мужики!

Он прошел мимо и скрылся за дверью. Проверяющие удивленно переглянулись, синхронно пожали плечами и вернулись к работе, но их тут же прервал вернувшийся коллега. Он был странно задумчив, а пальцы его рук, свободно висевших вдоль тела, слегка подрагивали. Остановившись возле коллег, он закурил, жадно затягиваясь сигаретой, так что она искрилась и потрескивала.