Книга Искусство рисовать с натуры, страница 52 – Мария Барышева

— Ты что, ты куда?!!

— Пусти! — сердито сказала Надя и вывернулась, и неожиданно Наташа поняла, что Надя гораздо пьяней, чем ей казалось поначалу. — Посмотрю вблизи, только и всего! Научный эксперимент.

— Пошли домой! — Наташа почти кричала — за грохотом музыки и воплями ничего не было слышно. — Чего ты глупостями занимаешься?!!

— Нет, тебе точно надо лечиться! — отозвалась Надя, не останавливаясь. — Ну глянь — машин нет, под столб я становиться не буду, если тебя так уж это волнует! Не ходи за мной! Я просто хочу понять…

Она махнула рукой и ускорила шаг, Наташа, помедлив, неохотно пошла следом, и чем ближе она подходила к дороге, тем сильней ей хотелось схватить Надю и оттащить прочь, к подъезду, где их не достанет… Черт! и вправду — кто не достанет?!

Тем временем одинокая фигура в светлом костюме подошла к бордюру, осмотрелась и решительно шагнула вперед. Несколько быстрых шагов, и она на середине дороги и стоит неподвижно, настороженно оглядываясь.

— Надька! — свирепо крикнула Наташа, остановившись за бордюром. — Хватит валять дурака! Пошли домой!

Надя продолжала стоять, даже не шевельнувшись, и Наташе показалось, что она ее даже не услышала. В ней закипела злость и тут же сменилась удивлением. То ли день сегодня был другой, то ли из-за Нади, бесстрашно стоящей посредине того, что недавно вызывало у Наташи беспричинный страх, но сейчас дорога показалась ей просто дорогой. Горячий неодушевленный асфальт. А несчастные случаи есть несчастные случаи. Надо же было так забить себе мозги! Что тут страшного? Ничего. Ничего страшного. Все спокойно. Спокойно…

— Ну! И что?! — крикнула Надя, с трудом преодолевая грохот магнитофона, и развела руки в стороны, точно хотела обнять ветер. Ее волосы развевались, словно плащ колдуньи. — Ничего не слышу, ничего не чувствую! Столбы не рушатся. Конечно, меня задавят, если я буду торчать здесь достаточно долго! Смотри! Ничего не происходит! Ну что?! Теперь тебе не страшно?!

Ее голос едва заметно дрожал — то ли от сдерживаемого смеха, то ли от чего-то еще. Наташе хотелось ее убить. Экспериментатор хренов! Лишнее доказательство тому, что Надька — сумасшедшая.

Или, что сумасшедшая она сама.

Но ведь теперь не страшно, правда? Все спокойно. Это всего лишь старая дорога. Вот, шагни через бордюр. Подними ногу и опусти ее на асфальт — сначала одну, потом другую. Простое движение, правда? Выйди и убедись сама. Сделай ручкой своим глупым страхам. Ты же взрослый человек. Давай, выйди на дорогу и уведи с нее другого взрослого человека, который явно перепил.

— Ну, и что ты можешь сделать?! — вдруг с каким-то отчаянием завопила Надя и вскинула вперед и вверх руку с сигаретой — то ли нелепая пародия на нацистский салют, то ли еще более нелепый знак вызова. Наташу неожиданно разобрал смех. Надька, похоже, допилась до синих драконов, но все равно смешно. Черт, что это еще за сцена?! Ну просто вызов на дуэль! Наташа хихикала уже истерически и никак не могла остановиться и Надя в ответ смеялась с середины дороги — Наташа не слышала ее за музыкой, но знала, что та смеется. Господи, какой идиотизм! Поединок, а! Каково?! Надька — рыцарь. Пецарь, блин! На ристалище вызываются благородные пецари! Поединок на асфальтовых катках до первой поломки! Ой, мама!