Книга Последствия больших разговоров, страница 303 – Мария Барышева

Шталь улыбнулась уголком рта. Лжец, при всех своих талантах, всего лишь человек, а всем людям свойственно ошибаться. Он совершил ошибку, возомнив себя неуязвимым для чужих разговоров. Другую ошибку он совершил, засунув в крест какой-то там осколок и превратив серебряную подвеску в орудие заражения и уничтожения, но напрочь упустив из виду тот факт, что с цепочкой тоже следует договориться. Ибо это явно не тот случай, когда цепочка является с подвеской одним целым. Похоже, цепочка свою подвеску с самого начала терпеть не могла.

Миша сказал, что крест, вероятно, уже пуст, но он может и ошибаться.

К тому же, чем бы ни стал этот крест, для бедной Зинаиды Виссарионовны это был прежде всего символ ее веры.

Коллеги подняли испуганный гвалт, кто-то вскрикнул - верно, в центре круга начало твориться нечто вовсе уж кошмарное, но Эша, заставив себя не открывать глаза, попробовала отмести в сторону все прочие ощущение и сосредоточиться исключительно на цепочке.

Если он тебе не нравится, почему ты просто не порвешься? Я встречала уйму цепочек, которые так и делали. Моя цепочка так делала постоянно... правда, никакой подвески на ней не было, вероятно, ей не нравилось что-нибудь другое.

От цепочки повеяло легкой радостью, которая тут же сменилась еще большим отчаянием и отвращением.

Гадость, такая гадость, снимите с меня эту гадость! Ты можешь меня слышать, подойди и сними с меня эту гадость!

Началось! Несмотря на все свое отчаяние, цепочка явно была из тех вещей, которые предпочитают, чтобы кто-нибудь все сделал за них. Удивительно, до чего иные вещи похожи на людей. Беспомощный нытик, который, если его обнимать и утешать, вообще никогда ничего не сделает. Таких лучше пугать.

Не такая уж ты и прочная, что стоит одному твоему звену разогнуться?! Сделай это, и твои мучения закончатся! Но если ты этого не сделаешь, обещаю, что сию же секунду сниму тебя с этой морщинистой шейки, отвезу к ювелиру, и он сплавит тебя с этим крестом на веки-вечные!

Шталь ощутила беззвучный вопль ужаса и ярости, открыла глаза и выглянула из-за спины Михаила - как раз в тот момент, чтобы увидеть, как цепочка соскользнула с шеи жуткого существа и вместе с крестом мягко шлепнулась в траву. На мгновение в зеркальных глазах существа проявились вдруг самые обычные, человеческие, наполненные болью и растерянностью, и тут же снова пропали в жгучем серебристом блеске.

— Она там, - облегченно констатировал Михаил и тут же озадаченно переглянулся с остальными, на лицах которых проявилось откровенное замешательство. Как разозлить человека, который никогда ни на кого не злится? Ни на людей, ни на вещи?

— Бросать в нее ничего нельзя, - недоуменно произнес Скульптор, - а слова, наверное, не подействуют.

— Она же глубоко верующая, - напомнила Шталь. - Скажите какое-нибудь богохульство!

— Нужно что-то пожестче! К тому же, она вряд ли нас слышит. Нужны действия, - отмахнулся Михаил и вдруг застыл. - Секунду! Мы же на святой земле, верно? На месте вечного упокоения... да и церковь...

— Ты что-то придумал?! - оживился Марк.

— Да, но это настолько мерзко, что вы не согласитесь! А если согласитесь, то сами меня потом убьете!..

— Говори, не тяни! - завопил Слава. Михаил глубоко вздохнул и бросил взгляд на престарелых представителей стихийной группировки, сверкавших сизыми глазами.