Книга Последствия больших разговоров, страница 248 – Мария Барышева

— Здравствуй, герпетолог, - шевельнула губами Яна, не повернув головы. - Похоже, ты все так же увлекательно живешь?

Эша не успела ничего ответить - в следующее мгновение Яна была уже далеко. Она завозилась, потом решительно потребовала:

— Ладно, поставьте меня, я могу и сама.

— Пожалуйста, - Ейщаров выполнил ее просьбу. Эша постояла секунду, после чего ее ноги подкосились, и она сердито села на асфальт, с которого ее тут же поднял Глеб, в руках которого Шталь сразу же стала казаться себе очень маленькой. Открыв дверцу машины, он сунул Эшу на сиденье, через секунду с другой стороны на диванчик опустился Ейщаров и, привалившись к спинке, закрыл глаза. Эша сделала то же самое. Раздался слаженный хлопок передних дверец, потом голос Нины Владимировны произнес:

— Олег, есть еще кое-что. Юля, Валера и Паша-Футболенок сбежали из города. Эша предупредила охрану, но им удалось уйти.

— Я... - начала было Эша, попытавшись открыть глаза, но веки сделались слишком тяжелыми.

— Тебя никто не обвиняет, Шталь. Если б не ты, мы вообще могли бы не узнать. Когда с поста отправили машины, было уже слишком поздно, - Факельщица тихонько вздохнула.

— Все трое?

Эша затаила дыхание в ожидании страшного ответа, хотя уже и так было ясно, каким он будет. Но она ошиблась.

— Нет, мальчик уцелел. Он... тебе лучше самому с ним поговорить. Но сначала мы поедем в больницу. Не возражай, сейчас я тебе не подчиняюсь!

— Значит, город все-таки оцеплен, - Эша почувствовала, как Ейщаров чуть передвинулся на диванчике, и, не выдержав, протянула руку и на ощупь схватила его за запястье, искренне испугавшись, что с Олега Георгиевича станется сигануть из машины на полном ходу.

— Боюсь, что так.

На несколько минут в машине воцарилась тишина, после чего Эша обнаружила, что Михаил тоже находится здесь, потому как услышала громкий кашель, а потом голос, несомненно принадлежавший Оружейнику.

— М-да, подумать только... Неужели какой-то дед?.. Елки, на что мы все похожи! Пару часов точно ни на что способны не будем! - Михаил помолчал, потом зловещим голосом пророка добавил: - А ведь это был только первый магазин.

— Да, - глухо ответил Олег Георгиевич, и тон его голоса отчего-то очень не понравился Эше Шталь.

— Ну, вот и все, подруга, - Эша аккуратно посадила паучиху на дно большой вазы. - На сегодня твои приключения закончены, да и мои, надеюсь, тоже. Еще чуть-чуть - и поедем домой.

— Не удерет? - боязливо поинтересовался Степан Иванович, топтавшийся рядом с большим куском марли.

— Нет, она устала, - Шталь погладила Бонни указательным пальцем. - И опять полысела - еще бы, такая нервная встряска! Не удивлюсь, если после сегодняшнего я тоже полысею.

Она опустилась в кресло, сжала в ладонях свой хризолит и напряглась. Ничего. Совершенно ничего. В ладонях был просто камень - прохладный, приятный на ощупь, красивый. Но это было все. Эша вздохнула, потом потерла виски, глядя, как Посудник накрывает вазу марлей. Лишняя предосторожность - в ближайшие двадцать четыре часа птицеед будет заниматься исключительно восстановлением душевного равновесия.

Голова уже почти не болела, да и сил заметно прибавилось, но в этом была заслуга не шталевского организма, а устрашающего количества лекарств, которыми Эшу нашпиговали в больнице. Серьезных ран у нее не было, хотя Александр Денисович, у которого, после поступления очередной партии поврежденных сотрудников института исследования сетевязания, на лице, похоже, навечно установилось выражение полнейшего равнодушия, констатировал у Эши общее истощение организма и рекомендовал ей остаться. Шталь отказалась, как и все остальные, и никто не стал ее уговаривать. В больнице остались только Шофер, которого сразу же увезли на операцию, Байер, который к моменту прибытия потерял сознание и возражать не смог, и Ключник, отягощенный сломанной ногой. Прочие вернулись в офис, где в вестибюле их встретили бледный, хлюпающий носом Паша, съежившийся в уголке дивана, и сидевший рядом Вадик, для успокоения облокотившийся сразу на два столика.