Книга Говорящие с..., страница 550 – Мария Барышева

— Прекратите, в самом деле! Там же дети! Явно же что-то не так, надо же что-то делать! Ты же представитель закона, а вы... - она запнулась, подыскивая определение Юрию Андреевичу, и тот ожег ее инфернальным взглядом.

— Просто не мешайте мне!

— Что значит "слишком поздно"?! Мила сама закрывала зонт, я видела!

— Это не имеет ни малейшего значения. Таня тоже закрывала зонт. А потом снова открывала. Конечно, вначале я не думал, что дело в зонте. Думал, это какая-то наркота. Она всюду была с этим зонтом. Перестала ходить в школу. Перестала есть. Перестала спать. Перестала разговаривать. Просто сидела под зонтом и все. А потом она ушла. Я успел ее догнать... она как раз садилась в какой-то автобус. Там было еще шесть девочек - тоже с зонтами - и все такие же лунатики. Я не видел водителя, а он... Мне удалось забрать Таню. Я отнял у нее этот зонт, я сломал его, только ничего не изменилось. И до сих пор ничего не изменилось. Она ни на что не реагирует. Ее словно нет. Врачи не могут понять, в чем дело. Говорят, это кататония, вызванная какой-то психической травмой. Но я-то знаю, что он что-то с ней сделал с помощью этого зонта. Наверное, он какой-то гипнотизер, не знаю.

— Почему вы думаете, что "он" вообще существует? - осторожно спросила Шталь. - Вы же его никогда не видели.

— Я это знаю! - буркнул Юрий Андреевич. - Я давно ищу его. Я наблюдаю. Он приходит, когда они собираются в стаю. Чаще всего такие вот соплячки, но иногда приходят и взрослые женщины... разного возраста. Может... у него это получается случайно, а может, он любит всяких, не знаю. Если у женщин зонты отнимать, они в себя приходят, а вот у таких детей - бесполезно. Я пробовал. Короче, он их увозит. Некоторые потом возвращаются... не такими, как Таня - намного хуже. Он делает это нечасто. И до сих пор ему все сходило... Менты меня не слушают. Я должен изловить этого гада! Он должен вылечить мою дочь!

Костя издал неопределенное хмыканье, извлек пачку сигарет, открыл ее, снова хмыкнул и перевернул пачку вверх ногами, отчего оттуда интенсивно потекло. Эша, вцепившись пальцами в мокрые волосы и чихнув, попыталась уместить изложенные сведения в своей раскалывающейся голове, в результате чего у нее возник вопрос.

— Но моя хозяйка, у которой вы вчера отобрали зонт, была совершенно вменяема.

Юрий Андреевич пожал широченными плечами.

— Всяк может ошибиться.

У Шталь тут же возник второй вопрос.

— Подождите... вы говорите, женщины. Но я видела и мужчин под зонтами - таких же странных. Я их точно видела!

— Про мужчин я ничего не знаю. И не видел, - Юрий Андреевич фыркнул. - Мужики-то ему на кой?!

— А ограбления? Я слышала, что в городе произошла серия очень странных ограблений.

Теперь удивился представитель закона.

— Какая еще серия очень странных ограблений? Я про это ничего не знаю.

Юрий Андреевич заметил, что его это нисколько не удивляет, поскольку, по его мнению, Костя является крайне хреновым представителем закона и вряд ли вообще что-нибудь знает. В кустах снова возникла весьма нервная дискуссия, и Эша отвернулась, зажимая уши. Где-то в глубине сознания опять зазвучал тонюсенький голосок тревоги, словно там в панике суетилось крошечное, испуганное существо.

Что-то не так, Эша Шталь. Что-то не так. Неужели ты не ощущаешь, насколько все это нелепо? Слишком все запутанно, слишком все нелогично... Очень похоже на то, что частенько происходит в твоей голове. В жизни же все обычно бывает намного, намного проще. Что-то не так, Эша Шталь. Что-то очень плохо...