Книга Говорящие с..., страница 526 – Мария Барышева

— Че?

— Ты можешь мне кое-что дать? - прошипела Шталь. - Обещаю, я покатаю тебя на машине. Скорее всего, я даже покатаю тебя на двух машинах.

— А че надо-то?

— Я видела у твоей мамы дождевик. Принеси мне его. Я верну.

— Ты идешь ловить маньяка?! - немедленно сделала восторженный вывод Ларка, и Туман в своей будке что-то встревожено пробурчал.

— Вообще-то нет.

— А-а, - специалист тут же посмурнел. - Значит, за водкой.

— А других версий нет? Или все ваши жильцы по ночам ходят только за маньяками и водкой? У меня свидание, ясно?

— Ха, да у нас тут и мужиков нет никого! - Ларка захихикала. - Во всяком случае, мамка так говорит.

— А я его с собой привезла. В багажнике оставила. Он неприхотливый.

— Не хочешь говорить - не надо! - буркнул специалист. - Щас принесу.

Ларка исчезла и через несколько минут вновь высунулась в окно, протягивая Шталь скомканный дождевик и, к ее удивлению, небольшой топорик, на котором даже в темноте отчетливо виднелся толстый слой ржавчины.

— Топор я не просила, - заметила Эша. - Впрочем, давай. Как выключается ваша собака?

— Хм, - сказала Ларка и, как была в ночнушке и босиком, вдруг проворно выкатилась через подоконник на улицу, чавкнув по мокрой земле пятками. Шталь едва успела набросить на нее свою куртку, почти полностью скрывшую под собой специалиста. Куртка с сочными шлепками метнулась прочь, чем-то брякнула, ругнулась, после чего послышался негромкий собачий скулеж, скрип ворот, и голос Ларки от забора сказал:

— Давай! А ты долго? Могу подождать.

— Не вздумай! - Шталь замоталась в хрустящий дождевик и проскользнула в приоткрытые ворота. - Иди спать!

— А как же ты обратно? Нашумишь - мамка будет ругаться.

— Я ей денег дам.

— Тогда не будет. А сейчас тогда чего ты ее не попросила?

— То есть, на машине мы уже кататься не хотим?

— Пойду спать, - сказал специалист.

* * *

Вообще-то Эша любила гулять по ночам и никогда не испытывала особенного страха перед темнотой и перед тем, что к ней могло прилагаться. Она знала всякие ночи - ночи в мегаполисах и в крохотных городишках, ночи шумные и ночи первозданно безмолвные, ночи, пронзенные электрическими лучами, и ночи, наполненные мраком столь густым, что его, казалось, можно было резать ножом, ночи, в которых бродил кто-то опасный, и ночи, в которых будто вообще никогда не бывало ничего живого. Ночи холодные и жаркие, ночи ветреные, ночи снежные и дождливые. Ночи, полные событий, и ночи, проходящие незаметно. Всякие бывали.

Эта ночь была странной.

Дело было не в бесконечном ливне и не в том, что Эшу вынесло под него в крайне простуженном состоянии и ноги она уже промочила насквозь давным-давно. Дело было в чем-то другом, и Эша поняла, в чем именно, только пройдя несколько кварталов. Для столь маленького города в столь плохую погоду ночь была слишком людной.

Люди попадались ей везде - на остановках, во дворах, перед подъездами, возле ларьков и магазинов, давно закрывшихся до утра. Это были очень молчаливые люди. Они стояли и сидели, подняв над собой мокрые купола зонтиков, лишь некоторые шли куда-то медленной, задумчивой походкой, и каждый шел один - тихие, сливающиеся с мраком тени, изредка выныривающие в кругах бледного света фонарей. Шум ливня погребал под собой все звуки шагов, и Эше казалось, что город наполнен призраками. Они скользили мимо и пропадали во тьме среди тугих нитей дождя, да, может, то и были призраки. Только однажды Шталь встретился совершенный непризрак - он шел громко, заглушая ливень, то и дело непризрачно шлепался на асфальт, что-то пел простуженным голосом и был абсолютно непризрачно пьян. Увидев шествующий мимо дождевик, содержавший в себе Эшу, он остановился, очевидно, пытаясь определить пол проходящего мимо, но потом махнул рукой и побрел дальше.