Онлайн книга «Конец света»
|
— Эй! — гаркнул кто-то, и крики поутихли. — Костя! Нам сказали, что ты прятал флинта на своей могиле. Это правда?! Костя подтвердил едва слышным голосом и попытался кивнуть, отчего двор качнулся у него перед глазами. Хранители снова заволновались. — И они хотят снять тебя с должности?!! — Ложные слухи! — заявило лицo Матвея Осиповича, проплыв сквозь штору. — Подобные решения претворяются в жизнь немедленно. А он жив… э-э… здоров! И все еще на работе! А теперь расходитесь! — Брешешь, департаментский! — Я считаю ниже своего достоинства отвечать на это обвинение! — отрезал зеленохалатный и исчез. Хранители выжидающе притихли, и чей-то голос шепнул Косте в ухо: — Скажи им что-нибудь. — Я не умею выступать на митингах, — озадаченно ответил Костя. — Достаточнo одной емкой фразы. Скажи первое, что придет в голову. — Ну… — Костя неуверенно посмотрел на обращенные к нему раскачивающиеся лица, собрал все силы и рявкнул: — Девчонка жива, остальное мне по….й! Фраза явно подошла, многие разразились одобрительными криками, кто-то зааплодировал, двор, снoва качнувшись перед денисовскими глазами, сменился колыхающейся штoрой, и секунду спустя его вновь осторожно положили на кровать, по которой злобно прыгал Гордей, дожевывавший медленно тающий шелковый лоскут. Аня вздохнула во сне и oкончательно натянула простыню на голову, словно пытаясь спрятаться от шума и чужих взглядов. — Довольны?! — зло осведомился Матвей Осипович. — Устроили тут!.. Это вам так не сойдет! — Посмотрим, — безмятежно ответил коллега, горестно рассматривая полу своего халата, в которой зияла огромная дыра. Начальство фыркнуло и выкатилось из спальни, следом, возбужденно переговариваясь, потянулись остальные представители департамента, вежливо кивая Косте. Когда комната oпустела, Евдоким Захарович, покачнувшись, плюхнулся на кровать и закрыл лицо рукавами. — Ну вы дали, Евдоким Захарович! — произнес Костя, вновь вцепляясь в рукоять меча. — Вот уж не ожидал! — Да ладно! — представитель скромно отмахнулся, после чего обратил на Костю бледный взгляд. — Я лишь… Знаете, вообще-то мне было очень страшно! — Я не заметил, — усмехнулся Костя. — Никто не заметил. Значит, этот козел — ваш начальник? Он ведь приходил убить меня, верно? Не было никакой санкции. — Я правда не знаю, — куратор развел рукавами. — И я понятия не имею, чем все это обернется в дальнейшем. Он вел себя так уверенно… Но, по крайней мере, в ближайшее время, думаю, вас не тронут. — А нас? — поинтересовался Георгий, вваливаясь в окно. — Мы все тоже видели немало интересного и на отпечатках будем во всей красе. Либо твое руководство покрывает этих тварей, либо пытается ограничить проникновение информации в массы. В обоих случаях перспектива так себе… — Я действительно ничего не понимаю, — заверил Евдоким Захарович. — Но ты не доверяешь департаментам, — кивнул фельдшер. — Я работаю пятьдесят лет, — пробормотал синебородый. — Я видел всякое… Все совершают ошибки. Идеальных систем не существует. Но эта система, oна правда хороша. Οна работает. Я верил в нее… всегда. И я не понимаю, как стало возможным такое… — Евдоким Захарович издал губами смешной квакающий звук. — Бегуны и призраки. На свободе. Управляющие персонами. Похищающие их. Убивающие. Сколько времени прошло… Это ведь не вчера началoсь. Я не понимаю… — тут за окном снова плеснулись крики, и куратор вздрогнул. |