Книга Рябиновая кровь, страница 74 – Марина Адлер

Рада отшатнулась, как и предполагал, когда завидела лихое, но спрятаться не спешила.

— Так это всё правда… Колдун ты…

Я хотел сразу показать ей, кто я. Чтобы передумала сейчас, пока есть такая возможность, чем, когда пути назад уж не будет. После прекратил колдовать, уняв сияние дара.

— Люб ли я тебе теперь, Рада?

Девушка тут же залилась румянцем, стыдясь произносить вслух признания.

— Приходи ночью. Решения не переменила. За честность благодарю. За неё тебя теперь ещё больше ценю.

Княжна так и не решилась сознаться, но и без того понял, что сердце Рады принадлежит лишь мне. Приняла она меня таким, каков есть. Готова была отречься от дома, родины и отца с матерью, чтобы вместе со мной быть. И самые красивые речи не могли так ясно рассказать о любви, как говорили поступки её.

Ночью, вместе со своими сопровождающими мы выкрали Раду через окно. Спрятали сбежавшую княжескую дочь в повозке с вещами. В просторном сундуке с отверстиями для проникновения воздуха, да на мягкой перине, хрупкой княжне наверняка было более, чем удобно. Сами же сделали вид, что вскоре отбываем из Реднича, не имея надежд добиться руки невесты. Ранним утром Млад довольным взглядом провожал меня за ворота княжеского двора, радуясь, что я потерял надежду. Князь варский даже и не подозревал в этот момент, что провожает он и свою похищенную невесту.

Только отъехав далеко от Реднича, не веря своему счастью, я пересадил Раду в княжеский экипаж. Сам же продолжил путь верхом, чтобы хотя бы перед своими людьми не опозорить будущую жену. Мысль о том, что отец поймёт меня, не оставляла, как и чувство великого счастья.

Встретив по дороге в деревне захудалую церковь, вовсе обрадовался. Обвенчались с княжной прямо в ней, да на землях Дарского княжества, от священника и не скрывали кто мы такие. Оставили след из новостей для отца Рады. Такой, чтобы знал он — дочь его, отныне жена колдуна. Княжич Ярого княжества не выкрал её силой, а по доброй воле Рада отдала мне свою руку. В этот же вечер, остановившись для отдыха в одном из постоялых дворов, мы разделили ложе с моей женой. И хоть планировал иное для неё, но сама Рада ко мне пришла в покои, а я уж и не мог ей отказать. Не посмел отправить спать в свою комнату, когда она так сладко целовала. Прекрасная ночь и вовсе подвела черту. Отныне мы стали настоящими супругами.

Зов мужа распознала верно после трапезы, когда провели меня в обширную богато обставленную светлицу. Там уж ожидал и холст на подставке, и краски. Изначально села на мягкую лавку, решив дождаться князя. Через время, сидя в одиночестве и, отмеряя время лишь едва колышущейся веткой липы за окном, которая стучала по стеклу, поняла, что муж опаздывает. Взор лёг на холст. Я поднялась с твёрдым намерением увидеть начало работы князя над картиной. Ничего в том плохого не было. Однако, знала, что не любил Савелий, художник батюшки, когда заглядывала в его незавершённые картины. Как и любой художник. Потому, подкралась как воришка и уж пара шагов оставалась до заветного утешения любопытства. Холст молил рассмотреть его. Каждый мелкий мазок, сделанный умелыми руками, оценить. В этот момент и легли ко мне на плечи тяжёлые крупные ладони. Я вздрогнула, испугавшись, коротко пискнула. Позади раздался голос: