Книга Рябиновая кровь, страница 186 – Марина Адлер

Старичок и не стал выпытывать ответы. Просто подошел и крепко обнял. Стал укачивать в теплых объятиях, словно родную дочь. А после стал принимать истинный облик, укрывая древесным сухим телом от дождя, которого уже долгое время не замечала. Как и не замечала, что промокла уж до нитки.

Лешик поднял меня и понес, баюкая слух неизвестными мне лесными рассказами, что напоминали звуки древесного перешептывания, а гуля все кружила возле нас, встревоженно распахнув круглые желтые глаза. Мир вокруг то качался, то мерк во тьме, но вскоре я подняла веки и заметила, что Лешик вынес меня на знакомую тропу. Вдалеке послышался лай собак, заставляя вздрогнуть всем телом, вспомнить о былом.

— Зачем ты принес меня сюда? — хрипло выдавила, удивляясь тому, как сел голос.

— А затем, что ищут тебя. Разве не желаешь проверить, подействовало ли волшебство алого цветка на князя яровского?

Я встрепенулась, ведь поняла, что совсем позабыла от горя обо всем на свете. Боль утраты, казалось, выпотрошила душу из тела. Но мысль о князе, о том, что он жив, что избавился от хвори, подарила проблеск надежды. Леший бережно поставил меня на землю, скрипя древесным могучим телом и склоняясь ниже. Придержал, когда покачнулась и пригладил волосы ветками-руками.

— Иди вперед по тропе, Ягда, да не отчаивайся. Ждет тебя не только плохая новость сегодня, но и хорошим день порадует. Грусть и чернота останутся, горе и слезы не пройдут. Но если найдешь в себе силы принять истину, то обретешь счастье.

С этими словами Лешик подтолкнул вперед. А я побрела, крики мужчин, да лай собак слышались все ближе с каждым шагом. Впереди показался проблеск арки леса, что завершался выходом к дороге.

— Отыскал! Я отыскал ее! — крикнул так громко вышедший навстречу воин, что в ушах зазвенело.

Все остальные тоже поспешили ко мне и вскоре я разобрала вдалеке образ Волибора. Юноша подскочил ко мне, выходя прямо из зарослей леса и схватил за плечи, с тоской рассматривая лицо. Сквозь дымку переживаний лишь поняла одно, отмечая перемены в образе юноши: он перестал походить на тяжело больного. На бледной коже расцвел румянец. Глаза стали блестеть, храня живость юного огня и потопляя его в чистой серости глубин больших глаз.

— Нашел… — облегченно выдохнул он и так крепко обнял, что стало тяжко вдохнуть. После быстро отстранился и сбросив со своих плеч темный плащ, укутал в нем меня. — Князь ждет тебя, Ягда. Уж извелся весь, так переживает.

— Как он? Получилось ли избавить его от мучений?

Волибор впервые так широко и тепло улыбнулся, обнажая ряд ровных зубов.

— Ты все сделала верно, княгиня моя. Еще тяжко колдуну, но вскоре уж совсем оправится. Исцелила ты его. Избавила от черноты, что годами разъедала его тело и душу. В сердце возродила любовь, испепеляя вековую ненависть.

— Тогда идем, — постаралась улыбнуться парню, пряча глубинное горе внутри. — Познакомимся уж как положено теперь с ним.

Волибор воодушевленно приобнял, помогая идти ровно. Вскоре мы были у кромки леса, где у дерева ожидала нас Пестрянка и другие лошади дружинников. Собаки кружили вокруг, но больше не лаяли. Эти псы даже не напоминали своим видом черную свору, что когда-то гнала меня в смерть. Мы расселись по коням и вскоре уже были в пути. До Мирна доехали тоже быстро. Город был охвачен торжеством. Люди танцевали, пели. Музыка лилась из каждого закоулка. Все глядели на меня и улыбались. Яровчане праздновали выздоровление своего князя громко. Это окончательно развеяло мои опасения. Я с трепетом подстегнула лошадь мчаться быстрее, а Волибор поспешил за мной.