Книга Цветок мятежного князя, страница 131 – Мэри Кенли

Попытка побега не увенчалась успехом — служанки быстро скрутили мне руки и засунули в рот какую-то горькую гадость… От неё тошнота усилилась, а в голове предательски помутнело.

— … Зря мы не послушали наложницу. Нужно было сразу её лекарством накормить. — пробормотала одна из них, тяжело вздыхая.

Вскоре они потащили меня к выходу из поместья. Голос ослаб из-за странного препарата, ноги подкосились… Я едва не плакала от бессилия, отчаянно пытаясь вырваться из крепкой хватки. Но там, за воротами, меня уже ждал скромный экипаж (больше похожий на катафалк).

Наложница Тао появилась в рассветной дымке. Её лицо покрывала белая вуаль, которая идеально сочеталась с серебристыми волосами героини. Она подошла чуть ближе, скучающе разглядывая мои пожитки:

— Пришло время прощаться, леди Шен. Я взяла на себя смелость подобрать вам мужа. Он из небольшой учёной семьи, но имеет хороший потенциал. Вдовец, недавно потерял жену. Ему не так важно, кто станет второй супругой — лишь бы заботилась о новорождённом ребёнке. Думаю, вам это под силу, леди Шен.

Сюнин сделала паузу и едва заметно улыбнулась:

— Не следует меня ненавидеть. Я выбрала достойного кандидата, и это вполне честно. Леди Шен когда-то пыталась помочь мне, а я не люблю отвечать злом на добро.

Я посмотрела ей в глаза и горько улыбнулась. Да, в той дораме мне и вправду казалось, что Сюнин хорошая героиня… Но, если задуматься, я не могу припомнить ни одного акта истинной доброты. Леди Тао вечно плавала в сомнительной драме, с достоинством принимала помощь других, и… Всё?

Её гордость граничила с властностью. Её любовь к Цзенлану порой казалась отчаянным рывком на пути к цели. Она ни с кем не дружила, ведь героиню окружали лишь враги и завистники. И даже та самая Юнли Шен пережила «цветочный» кризис только за счёт того, что не мешала героине… Да, озарение пришло ко мне слишком поздно.

«Мы привыкли к тому, что главные герои добрые, честные и справедливые. Но порой это лишь слова, за которыми скрывается пугающее Ничто. И если посмотреть правде в глаза, оказывается… Что такие герои сражаются только за себя, а вовсе не за других»

— Это жестоко, Сюнин. — прошептала я одними губами.

Она, кажется, прекрасно разобрала мои слова, потому как выразительно фыркнула:

— Леди Шен склонна драматизировать, не так ли? Не советую бежать из кареты. Вам дали сильное успокоительное, так что… Любой побег может закончиться плачевно.

Я лишь усмехнулась, прикрыв глаза. Если послушать Сюнин, то она будто и вправду «заботится» о глупой леди Шен. Хотя, возможно, по её меркам так и есть.

«Намного проще сказать, что ты думаешь об «общем благе», нежели признать, что обрекаешь кого-то на верную смерть»

Меня насильно затащили в карету и захлопнули дверь. Экипаж тронулся с места, колёса застучали, а я провалилась в подобие вязкого сна. Что-то тревожное, мрачное и густое заливало моё сознание, будто смола… Время от времени я ловила проблески рассудка и пыталась дотянуться до двери.

Нужно выбраться. Нужно выпрыгнуть. Если меня довезут до поместья «мужа», обратного пути уже не будет. Но я должна спастись, только бы справиться с этим мерзким головокружением… А оно было сильнее меня.

Сюнин всё просчитала. Недостаток пищи, моральное истощение и чёртово лекарство, которое ввергло меня в пучину беспробудной слабости… Героиня действовала быстро, бескомпромиссно и удивительно жестоко. Как будто я и впрямь угроза, которую стоит немедленно устранить.