Книга Цветок мятежного князя, страница 128 – Мэри Кенли

— Вы сейчас оскорбляете не только меня, но и правителя Шуаньи. — холодно процедила я.

— Но это то, о чём шепчутся слуги. — надменно усмехнулась Сюнин. — Возможно, вы не замечаете, леди Шен… Я знаю, ваша служанка пыталась сдержать эти сплетни, но что толку? Для всех в поместье вы потеряли свою чистоту. И если уж Его Величество не собирается жениться… Вывод напрашивается сам собой.

— Какой? — прошипела я.

— Вы ему не нужны. — Сюнин улыбнулась, постукивая пальчиками по фарфоровой ручке. — Уезжайте. Я даю вам шанс выбрать себе мужа со свахой.

— Нет. — мой голос прозвучал отрывисто и глухо.

Даже если она права… Я всё равно не выйду замуж!

— Вот как? Вы планируете и дальше портить репутацию княжеского поместья? — Сюнин надменно вскинула брови. — Напрасно, леди Шен.

— Вы… За что вы меня так невзлюбили?

Я правда не понимаю. С самого начала мне хотелось помочь героине… Возможно, я действовала слишком импульсивно, но откуда такая ненависть?

Сюнин ответила не сразу. Она нахмурилась, опустив взгляд в пол, а потом медленно проронила:

— Меня всё чаще посещает престранное чувство, леди Шен. Будто вы — угроза.

— Что? — я даже подобралась, с изумлением взирая на неё.

— Дело не в ваших словах, или поступках. — протянула Сюнин. — Леди Шен не желает мне зла, но… Вы как заноза в ладони. Порой кажется, будто моя судьба должна сложиться иначе. И когда я думаю об этом — перед глазами вновь возникает раздражающая Юнли Шен.

Я оцепенела от такой «искренности» героини. На самом деле, она… права? Её жизнь изменилась из-за меня.

«Но так ли плохи эти изменения? Я пыталась унять бесконечные страдания оригинальной дорамы, однако Сюнин в итоге ожесточилась. Будто изначально она была именно такой… Амбициозной и резкой. Возможно, это правда»

— Я не выйду замуж. — ещё раз проговорила, упрямо глядя ей в глаза. — Его Величество сказал, что позволит мне остаться в поместье.

— Да, но… Сейчас решает не он. — мягко осклабилась Сюнин. — А Цзенлан.

Я не верила, что наследник насильно отошлёт меня прочь, но… Глядя в ледяные глаза героини, мне впервые стало по-настоящему страшно.

* * *

Цзенлан Вейян.

Он пытался поговорить с ней. Писал длинные письма, в которых объяснялся в чувствах — и не получил ответа. Цзенлан был готов ко многому: испытать на себе праведный гнев Лиюань, выпрашивать у неё прощение… Но вместо этого принцесса просто исчезла.

Она молча уехала на рассвете, и это было больнее всего. Лиюань укоряла Цзенлана, и её безмолвный протест грыз его сознание, доводя до отчаяния. Принцесса не сказала ни слова — но напомнила об обещании.

Цзенлан говорил, что не станет брать наложниц. Особенно из Цветника. Но он нарушил своё обещание и, одновременно с этим, разочаровал отца. Тяжёлый взгляд Хао Вейяна оседал горьким привкусом на кончике языка.

Князь сказал:

— Если ты так решил — придётся принять и последствия этого выбора. Я не могу вечно направлять тебя, Цзенлан. Ты женатый человек, а свадебные клятвы налагают некоторые обязательства. В том числе: придётся быть честным не только с собой, но и с женой. Ты хочешь осчастливить леди Тао? Хорошо, пусть так. Но вполне возможно, что принцесса никогда тебя не простит.

Отец всегда был до боли откровенным, и Цзенлан не мог поспорить с его правотой, но… Было ещё кое-что, о чём наследник не решился сказать вслух. В ту ночь, когда Сюнин Тао пришла к нему, на её рукавах были вышиты золотистые птицы с длинными хвостами. Они напоминали тех самых фениксов из древних легенд.