Книга Дракон учебе не помеха, страница 70 – Валентина Третьякова

Лэй Дроу приподнял бровь. Вообще-то от злоумышленников академию защищали охранные и сигнальные заклинания и талисманы, которые он собственноручно устанавливал вместе с почтенным Стивеном Оксом… Ни о какой другой магии ему известно не было… Да и не только ему. Весь преподавательский состав разгадывал загадку шипения Сьюзен Олди и хрюканья Марвина Пая, да так и не разгадал. Но, возможно, появилась новая информация? Линда могла узнать ее от Аманды Фокс, а та непосредственно от ректора… Странно, что ему никто ничего не сказал! Как-никак он декан первокурсников…

— Согласитесь, не очень приятно на целые сутки остаться без речи, — продолжала Линда. — Поэтому очень рекомендую оставить меня и мою внешность в покое. Тем более, я прилагаю усилия, чтобы постепенно улучшить свой внешний вид. Да, в вашем понимании я не красивая…

— Красивая! — Лэй Дроу сам не понял, как у него вырвались эти слова. Он смутился. — Э-э-э, я имею в виду, что вкусы у всех разные. Кто-то смотрит на фигуру, кто-то на цвет волос, форму носа, кому-то нравятся полные, кому-то худые. — Он сделал паузу и многозначительно посмотрел на Линду. — А кому-то — умные.

В коридоре поднялся невообразимый шум. Обсуждали все и сразу. Наказание, настигшее Пая и Олди, признание профессора Дроу, предупреждение Линды…

— Мьютес конста энти! — приказал Лэй, и все рты тут же захлопнулись. Он вздохнул и прикрыл глаза, подбирая слова. Пока думал, заговорила Линда:

— Мои дорогие сокурсники, давайте договоримся. Вы меня не замечаете, я к вам не лезу, магия Золотого Феникса вас не трогает. Хорошо?

Профессор Лэй усмехнулся. Линда была очень умна, а еще молода и наивна. Она взывала к здравому смыслу, забыв о том, что пока в человеке бурлят эмоции, это бесполезно. Он всматривался в лица напротив. Вот затаенная злоба, вот разочарование, тут удивление, здесь высокомерие, там упрямство. Впрочем… Он с удивлением заметил, что студенты начали кивать, выражая согласие со сказанным, и расходиться. Видимо, пример Марвина и Сьюзен оказался достаточно наглядным. Что ж, тем лучше! Через минуту в коридоре остались только он и Линда.

— Благодарю за поддержку, профессор, — сказала девушка и хихикнула: — Слава Золотому Фениксу! Надеюсь, теперь от меня отстанут.

— Линда... — Лэй собрался с духом и произнес: — Я и раньше считал вас привлекательной. Ваше лицо светится, когда вы даете правильные ответы или получаете "зачтено".

Кончики ушей девушки трогательно порозовели. Она подняла на него свои глаза цвета темного мёда.

— Профессор?

— Не мог не сказать. Вы должны знать. Вы гораздо привлекательнее кэри Олди. — Сейчас, когда они были наедине, слова давались Лэю легко. — Внешняя красота быстротечна, ее перестаешь замечать, если за душой у человека ничего нет. Но у вас, кэри Дэвис, внутри целый мир. Не надо смущаться, мои слова вас ни к чему не обязывают. Просто знайте.

Как Линда не отнекивалась, профессор Дроу настоял на том, чтобы проводить ее до лаборатории. К счастью, по дороге он завел разговор о сигнасилумах для охраны жилища, вел себя подчеркнуто вежливо и больше не шокировал ее своими комплиментами. На чай заходить не стал, сдал ее с рук на руке профессору Фокс и ушел, улыбнувшись на прощание. Ушел, а в душе Линды продолжала бушевать освежающая майская гроза. “У вас внутри целый мир”, — сказал ей профессор Дроу. Значит, она, Анна Новикова, была права! Дело не во внешности, а в том, что у тебя внутри!