Книга Симбионт, страница 80 – Екатерина Ровская

Да, скарр. Он стоял ко мне спиной и увидеть меня не мог никак, но что я здесь, он однозначно понял... У меня было ощущение, что он меня просто почувствовал. Как тогда, когда я пряталась в том тоннеле. Будто у него внутри был какой-то точный прибор, настроенный на меня. Вроде компаса.

А может я выдумываю и все это бред моего воображения. Может он просто ощутил мой взгляд, обращенный на него. Есть ведь люди, которые остро чувствуют если на них кто-то смотрит. Я и сама из таких людей. Я всегда ощущала когда кто-то пристально смотрел на меня, даже со спины. Особенно остро это ощущалось если взгляд человека нес какой-то негатив.

Как бы то ни было скарр меня почувствовал. Его мощная спина напряглась. Мышцы чётче обозначились под обтягивающей тело черной безрукавкой.  Мгновение... Один удар сердца... И он медленно, очень медленно разворачивается. И в этот раз его глаза... Они больше не напоминают мне бескрайний космос, заполненный сияющими звёздами. Сейчас они как тлеющие угли, из которых в любой момент может вспыхнуть пламя... И это пламя буквально опалило меня, прожигая казалось насквозь... Сканируя? Только на предмет чего? Схожести с местными ужастиками?

Вслед за скарром, мое появление заметили и остальные. Гомонящие до этого пленники, находящиеся ко мне ближе всего, резко замолчали. Затихли и остальные. Скарры... Птарианцы... Замер на полуслове что-то пытающийся втолковать парнишке Глэвиус. В пещере моментально установилась абсолютная тишина. Словно кто-то выключил звук во время фильма...

Я смотрю на всех... Все смотрят на меня... Ну вот и он - момент истины. И что мы имеем? А имеем мы картину Репина "Приплыли". А если быть точной, имею я по-прежнему ни на что извне не реагирующих мурфов и окаменевших, забывших как дышать, пленников обоих клеток... Но вот остальные...

Птарианцы, до этого напряженно сверлящие меня своими круглыми птичьими глазами, замирают на пару мгновений, а затем вдруг ощетиниваются своими встопорщенными перьями словно дикобраз иголками и я вижу огромные когти на их, бывших до этого полностью человеческими, руках.

Звено скарров, до этого рассредоточенное по помещению, едва заметно взгляду начинает подтягивается к своему командиру, не сводя с меня напряженного взгляда. А он сам...

Наверное пройдут года, но я всё еще буду помнить этот момент. Момент, когда не верила собственным глазам.

Глазам... Его глаза... Они менялись, и видеть это было страшно. Несколько необычные для человека из-за ярких искорок, словно затаившихся в их глубине, но вполне привычные глазу, сейчас они словно заполнялись тьмой. Я не поэт ни грамма, и не писатель-фантаст, но других, менее пафосных определений у меня просто не было. Хотя, нет. Было ещё одно. Чернила. Со стороны выглядело так, словно глазные яблоки скарра полностью заполнили чернилами. Под завязку.

С глаз мой взгляд скользнул по его лицу вниз и я с трудом удержалась от инстинктивного желания сделать шаг назад. Сначала мне показалось, что я вижу длинные клыки. Но это были не клыки. Даже близко. Жвала! Большие, чуть изогнутые, они приподнимали его верхнюю губу, создавая на лице жуткий оскал. И было еще кое-что, что меня почти добило. Его руки... Не было пальцев. Вообще больше не было кистей рук, свойственных людям. А были... Это напоминало клешни рака или скорпиона. Как огромная двузубая вилка. Один зубец короткий и более толстый.  Другой длинный и тонкий как стилет... Очень острый стилет.