Книга Академия Высших: студенты, страница 238 – Марта Трапная

В этом ресторане, как всегда, было пусто. Огромный зал, залитый холодным голубым светом, был похож на операционную. Выстроенные в ряды столы и стулья из полированного титана только усиливали впечатление. И легкое звяканье приборов о край посуды – тоже. Впрочем, приборы звякали здесь нечасто, разве что когда кому-нибудь из кураторов приходила в голову нелепая мысль заказать десерт. Других посетителей в это время обычно не было. Иногда Беате даже казалось, что их никогда не бывает, вообще никогда. Вот и сейчас был занят только один столик – в самом центре зала, как будто специально, чтобы официант не мог незаметно возникнуть из-за спины.

— Ты могла бы меня предупредить, что поставила блок на воспоминания у Мурасаки, – прошипела Беата, падая на стул напротив Констанции.

— Ты могла бы предупредить, что собираешься копаться в голове моего студента, – холодно ответила Констанция. – И я бы тебя предупредила о блоке. Что ты хотела найти в голове Мурасаки?

Беата махнула рукой официанту, заказала себе три чашки двойного эспрессо и только потом ответила.

— Очевидно то, что ты упустила из виду. Как он вообще нашел печать, ты знаешь?

— Очевидно, теперь это знаешь ты и поделишься с нами своими знаниями, – улыбнулась Эвелина, поднося к губам тонкий стакан с бесцветной шипучкой.

Констанция недовольно посмотрела на Эвелину. Это была ее реплика! Эвелина и бровью не повела, только поставила стакан на стол и подалась к Беате.

— Так как Мурасаки нашел печать? Покажешь нам?

— Никак, – ответила Беата. – Не было никаких знаков, он не слышал никакого внутреннего голоса, его никто случайно не толкал. Ничего такого. Ничего особенного. Он просто шел по парку и увидел дорожку, которая ведет к печати!

— Даже я ее не вижу, – покачала головой Констанция и повернулась к Эвелине. – А ты?

— А я не хожу туда, – сказала Эвелина. – Зачем мне это нужно? А зачем ты ходишь к печати?

— Проверить, в порядке ли защита, – ехидно ответила Констанция Мауриция. – Когда по парку сотнями шляются Высшие, пусть даже и необученные, всякое может случиться. И защиту надо обновлять время от времени, знаешь ли. Если ты и к остальным замкам в Академии относишься как к защите печати, – скривилась Констанция, – не удивляюсь, почему Сигма рушит стены и ходит запретными коридорами.

— Сигма рушит стены? – удивилась Беата. – Как интересно! А зачем? Неужели так хочет на волю?

— Она просто не умеет управлять своими эмоциями и контролировать свою силу после инициации, – сказала Констанция и снова выразительно посмотрела на Эвелину. – Или не умела. Надеюсь, вы работаете над этим, Эвелина?

— Разумеется, – улыбнулась Эвелина, – больше разрушенных стен не было.

— О, конечно, – проворчала Беата, – зачем ей разрушать стены, если она может пойти и восстановить печать. Это же куда менее разрушительно! Вот в чью память я бы хотела заглянуть. Кем она была до поступления к нам, в каком состоянии она была, когда ее нашла приемная комиссия.

— В обычном для куколки, – ответила Констанция, – распространяла вокруг себя волны неуверенности и страха, так что реальности пришлось их материализовать, чтобы привести в соответствие с волей Высшего. Она устроила наводнение. настолько сильное, что мы ее с легкостью вычислили.