Книга Академия Высших: выпускники, страница 9 – Марта Трапная

— Пожалуй, я не буду представлять их мощь.

Констанция кивнула.

— Они не персонифицированы.

— Я слышал.

— Скорее всего все, что ты про них слышал, правда.

Мурасаки задумался, вспоминая.

— Я почти ничего не знаю про Древних. Думал, это что-то вроде легенды. Каждая цивилизация на заре существования сочиняет мифы о происхождении мира. Кто-то великий что-то сделал. Ничего не было, потом появилось слово. Была темнота и в ней носился дух.

— Это все они. Древние силы. Те, что и были этим самым ничего. С огромным потенциалом. Который они проявляли самыми разными способами. Пока не появился разум. И этот разум не хотел умирать. Поэтому он придумал способ усмирить Древние силы. Мы усыпили Древних и воплотили в могильник. Но сейчас Древние начали просыпаться. И у нас есть только один способ с ними справиться.

— Уничтожить могильник? Я вам нужен для этого?

Констанция покачала головой.

— Нет. Могильник уничтожать нельзя. Тогда Древние окажутся на свободе. Могильник – это особый мир. В особенной реальности. Но она – часть нашей реальности. Такая же… как… – Констанция задумчиво осматривалась в поисках подходящей аналогии. – Как обратная сторона кожи. Ты не сможешь ее удалить, не навредив всему организму.

Мурасаки думал. И никак не мог понять, чего от него хочет Констанция. Придумать способ уничтожить Древних? Едва ли. У них там есть… кому думать.

— И какую роль вы отводите в этой игре мне?

— Связного, – улыбнулась Констанция.

Мурасаки поднял брови.

— Связного? С кем? Зачем?

— В этом мире есть наш эмиссар. С ним надо поддерживать связь. И контролировать его действия.

— И почему вы выбрали меня?

— Потому что это Сигма, – просто ответила Констанция, и в ее глазах вспыхнул огонек удовлетворения.

Мурасаки молчал. Ради этой фразы она пришла сюда, к нему, завела весь этот разговор, задела Сигму – чтобы проверить, не забыл ли он ее до сих пор. А он так ждал этого момента! Не разговора с Констанцией, а момента, когда он узнает, где Сигма. И что? Он вот-вот узнает, а его сердце молчит. Он даже не волнуется, не говоря уже о радости. Да, он не хотел бы узнать о Сигме от Констанции, но не все ли ему равно? Он отвел глаза от Констанции и посмотрел на дерево, и под его взглядом оно начало дряхлеть – отпали молодые ветки, пожухли листья, блестящая молодая кора взбугрилась и пошла трещинами. Мурасаки повернулся к Констанции.

— Вы лгали мне про Сигму тогда, можете соврать и сейчас.

— Бессмысленно, Мурасаки. Тебе придется с ней общаться. Зачем мне лгать сейчас?

— Откуда мне знать? Я ведь не знаю, зачем вы лгали тогда.

— Ради инициации. Ваше расставание весьма продвинуло обучение вперед. Не только твое обучение, а сразу двух потоков. Студентам нужны потрясения, и кураторы их устраивают.

— Потрясения, – повторил Мурасаки. – С ума сойти. А теперь вы приходите ко мне и рассказываете какую-то байку про Древние силы, потому что снова кому-то нужны потрясения?

— Это не байка, – оборвала его Констанция. – Ты думаешь, что после того, как мы расстались, я бы пришла к тебе без крайней нужды?

— Я не думал о вас, Констанция, – ответил Мурасаки.

Она покачала головой, совсем как в студенческие времена, когда он позволял себе лишнее.

— Я предлагаю тебе выгодную сделку. Ты обеспечиваешь контроль над Сигмой, а в обмен получаешь сведения о том, где она находится. И возможность с ней общаться. Ты же этого хотел – найти ее.