Книга Академия Высших: выпускники, страница 61 – Марта Трапная

Рассчитать координаты филиала в самом деле оказалось проще простого.

Портал открылся на мосту перед воротами в сплошной каменной стене. Мурасаки оглянулся. Мост одним концом растворялся в темноте. Это был конец мира. В самом прямом смысле.

На воротах светились звезды – символ Академии Высших. И здесь, в этой абсолютной пустоте, тишине и странных сумерках, которые – Мурасаки не сомневался – никогда не сменялись дневным светом или ночной тьмой, эти звезды выглядели не просто вывеской, символом, как во втором филиале. Здесь они казались чем-то более важным. Может быть тем битом информации, с которого началась эта Академия?

Мурасаки подошел к воротам и толкнул створку. Она открылась. За воротами было светло. По ощущениям – позднее утро, ближе к полудню. Мурасаки вошел – и ворота бесшумно закрылись за ним. Он осмотрелся. Дорога вела прямо к группе зданий в странном архаичном стиле: башни, зубчатые шпили, вытянутые окна, арки и контрфорсы. По сторонам обзор заслоняли деревья, растущие вдоль стены. Видимо, что-то вроде парка? Что ж, по крайней мере, и здесь у Сигмы была стена, на которой она могла сидеть вечерами, подумал Мурасаки. Он знал, что будет думать о Сигме, и знал, что не сможет не сожалеть о потерянном годе. Они могли бы провести это время вместе, ведь Сигма не умерла, как он думал, а училась здесь. И наверное, так же как и он, сходила от невозможности увидеть его. Когда ее память восстановится, надо будет попросить Сигму рассказать, как ей здесь жилось. Если она захочет рассказывать, конечно.

Мурасаки пошел вперед, удивляясь пустоте Академии. Хотя, может быть, здесь пользуются переходами внутри зданий? Или сидят на занятиях? Куда им еще деваться? У студентов второго филиала был весь город в распоряжении. А здесь – всего лишь маленький кусочек материального мира, выпяченный в небытие. Зато, наверное, учатся здесь лучше – меньше отвлекающих факторов.

Дорожка привела к большому зданию и Мурасаки послушно вошел внутрь. Так, а дальше что? Куда идти? Он оказался в холле, который до странности напоминал холл в их административном корпусе. Вот и винтовая лестница вверх, и веер коридоров. Что ж, возможно, это сделано специально? Мурасаки и свернул в коридор, где должен был быть кабинет Констанции Мауриции. Если это хитрый замысел, то Мурасаки окажется в кабинете какого-нибудь куратора.

Так и получилось. Он остановился перед дверью со знакомым номером. Постучал и услышал в ответ «войдите». Дверь открылась.

Внутри кабинета обстановка была не такой формальной, как у Кошмариции – мягкие кресла, низкий столик, на экране во всю стену – проекция морского пейзажа. Да и сама куратор оказалась полной противоположностью Констанции Мауриции – девушка неформального вида, с небрежно заколотым хвостом. Розовая футболка с веселым котенком и множество браслетов из бусинок на запястье делали ее больше похожей на студентку, чем на куратора.

— Здравствуйте, – сказал Мурасаки. – Меня зовут Мурасаки. Констанция Мауриция должна была предупредить, что я к вам загляну.

Девушка приветливо улыбнулась.

— Я Эвелина. И я должна была догадаться, что раз Конни предупредила меня о твоем появлении, то заглянешь ты именно ко мне. Ты был ее студентом?