Книга Академия Высших: выпускники, страница 134 – Марта Трапная

— Хорошее будущее, – сказал Мурасаки. – Мне нравится. Жаль, что ненастоящее.

— Мне тоже, – вздохнула Сигма. – Мне тоже.

Они помолчали, рассматривая звезды на небе. Сигма слушала ровное дыхание Мурасаки и это было так… естественно. То, что он рядом. То, что они валяются в постели, смотрят на потолок и говорят о важных вещах. Как будто что-то в ее мире, наконец, сдвинулось и заняло свое место. Даже если этому миру скоро суждено рухнуть.

— Слушай, – тихо спросила Сигма, – а что будет, если у нас не получится?

— Будем делать, пока не получится, – ответил Мурасаки.

— Нет, я имела в виду другое… Если мы оба не справимся, – она хотела сказать «умрем», но поняла, что не может выговорить это слово. – Перестанем существовать. Что тогда будет?

Мурасаки вздохнул.

— Я с трудом представляю подробности, если честно. Войны. Уничтожение материального мира.

— А печати? – спросила Сигма. – Они не устоят?

— Кураторы считают, что нет.

— А ты?

Мурасаки задумался.

— Это место… Могильник. Оно странное. Оно вне нашего мира и в то же время внутри него. Я плохо представляю структуру этого мира в пространстве и времени. Может быть, Древние не сорвут печати, а выйдут куда-то в другое измерение. В новое пространство. Создадут что-то другое. И переместятся туда.

— Разве можно создавать новые пространства?

— Нам нет, но кто знает, что могут Древние силы? Если они создали все, что сейчас существует…

Сигма вздохнула.

— Почему у нас нет ответов на самые нужные вопросы? Почему мы не учили историю мироздания или что-то в этом роде, а?

— Потому что у истории мироздания нет практического применения, – хмыкнул Мурасаки. – Не было.

— А теперь появилось, но у нас нет знаний. Так что мы лежим с тобой, как два юных идиота и пытаемся понять, как возник этот мир.

— Ага, – согласился Мурасаки. – Можем выбрать любую гипотезу, которая нам нравится.

— У меня в голове пока не укладывается ни одна гипотеза, – призналась Сигма. – И совсем не потому, что я только недавно получила обратно свои воспоминания. Я не понимаю… Вот кураторы. Такие могущественные, что смогли сковать Древние силы, заключить их в этот мир и запечатать. Сколько их было? Двенадцать? Двадцать? И они всерьез полагают, что у меня одной хватило бы сил сделать все то же самое? Или даже у нас двоих?

— Во-первых, нам не надо выставлять печати и запечатывать их. Во-вторых, Древние все еще не в самом активном состоянии. В-третьих, – улыбнулся Мурасаки, – у меня самого это вызывает большие вопросы. Почему они не пришли сами и не сделали все опять как надо?

— Отвыкли? – предположила Сигма. – Завели себе Академию, наделали себе инструментов, которые все делают за них. А сами живут в свое удовольствием.

— Думаешь, курировать нас – такое больше удовольствие? – улыбнулся Мурасаки.

— Думаю, это для них не настолько обременительно, как самим создавать и разрушать миры. У них же есть технологии – как они набирают студентов, как нас учат… Все отработано. Конвейер. Поток.

— Звучит жестоко.

— Нормально, – возразила Сигма. – Я бы тоже могла так сделать. Почему нет? Разве что не стала бы студенческие пары разводить по разным филиалам.

— Может, это тоже часть технологии? – задумчиво сказал Мурасаки.

— Может, – вздохнула Сигма. – Вот выберемся и спросим у Констанции.