Книга Попаданка в тело ненужной жены, страница 37 – Юлий Люцифер

— Вы стали дерзки, — процедила темноволосая.

— Нет. Просто вежливость наконец перестала быть синонимом самоунижения.

Я обошла их и пошла дальше.

Спиной чувствовала их взгляд — злой, потрясенный, почти оскорбленный.

Дом был враждебен не только сверху.

Он весь был настроен на то, чтобы жена Ардена знала свое место. От свекрови до дальних кузин, от лекаря до старших горничных. Каждый кирпич в этой системе лежал правильно, каждый человек подыгрывал.

И чем яснее я это понимала, тем сильнее становилось ощущение: воевать придется не с одним мужем. А с целой привычкой мира считать меня удобной мишенью.

Вечерняя находка

Когда стемнело, Мира вернулась.

Щеки раскраснелись, дыхание сбивалось — видно, бегала и узнавала по всей женской части дома.

— Госпожа, — прошептала она, закрывая дверь, — поднос принесла не служанка лекаря.

— А кто?

— Личная горничная леди Эстель.

Я медленно подняла глаза.

— Сама?

— Нет. Передала младшей, а та отнесла в ваши покои. Всем было велено говорить, что это от лекаря.

Вот как.

Значит, свекровь не просто прикрывала систему — она участвовала в ней прямо.

Может, не одна. Но участвовала.

— Еще что-нибудь?

Мира кивнула.

— Я узнала про северную галерею.

У меня внутри сразу все подобралось.

— Что именно?

— Вы часто жаловались, что вам там плохо. Но последние два месяца ее закрывали для вас особенно настойчиво. Сказали, там идет перестановка старых семейных портретов и чинят пол.

— И?

— Пол там не чинили.

Я медленно встала.

— Откуда ты знаешь?

Она вытащила из кармана сложенный листок.

— Один из младших лакеев должен был относить туда коробки. Он сказал, что видел там какие-то металлические стойки, светящиеся пластины и людей из внешней магической службы. А еще… — она сглотнула, — однажды туда ночью проводили лекаря.

Вот теперь воздух в комнате стал ледяным.

Северная галерея.

То самое место, после которого Эвелине было плохо.

То самое место, которое закрывали.

То самое, где, возможно, стояло что-то магическое.

— Значит, не только архив, — тихо сказала я. — Есть еще что-то в северной галерее.

Мира смотрела на меня с тревогой.

— Госпожа, что вы собираетесь делать?

Я повернулась к окну.

Во дворе уже зажглись огни. Дом казался снаружи почти сказочным — башни, теплый свет, снег на темных крышах. Словно внутри не прятались яд, ложь и люди, привыкшие тихо душить чужую волю.

— То, что всегда делают женщины, когда их слишком долго считали беспомощными, — ответила я. — Начну замечать то, что мне запрещали видеть.

— Это опасно.

— Да.

— Очень опасно.

Я посмотрела на нее.

— Знаю.

И именно в этот момент в дверь постучали.

Негромко. Но уверенно.

Мы с Мирой переглянулись.

— Кто там? — спросила я.

С той стороны после короткой паузы ответил знакомый мужской голос:

— Капитан Вольф. Простите за поздний визит, миледи, но, полагаю, вам стоит узнать, что по вашему крылу сегодня кто-то слишком активно интересовался вашими дверями.

Я почувствовала, как внутри что-то резко и холодно собирается в точку.

Вот и прекрасно.

Похоже, враждебный дом решил сделать свой ход.

А значит, пора начинать отвечать.