Книга Попаданка в тело ненужной жены, страница 32 – Юлий Люцифер

Он помедлил.

— Память тела и памяти дара иногда переплетаются, особенно если прежний носитель уходил в сильном напряжении.

— Она знала, — прошептала я. — Эвелина знала, что ей не давали приблизиться к чему-то важному. К архиву. И кто-то хотел, чтобы она… уснула.

Таллен смотрел очень внимательно.

— Расскажите точно.

Я пересказала все, что увидела.

Он не перебивал. Только мрачнел все сильнее.

Когда я закончила, он медленно произнес:

— В архиве восточного крыла действительно есть закрытая часть. Формально туда имеют доступ только глава дома, его доверенные люди и архивариус. Но несколько месяцев назад лорд Арден велел временно ограничить вход почти для всех.

— Почему?

— Официально — из-за старых родовых документов и артефактов, которые нужно было пересчитать.

— А неофициально?

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Неофициально я слишком стар, чтобы считать совпадением то, что именно после этого вы окончательно перестали приходить в библиотеку, а ваши «нервные приступы» участились.

Я сидела молча.

Слишком много нитей начинали сходиться в один узел.

Лекарства.

Подавленный дар.

Запрет на архив.

Чужие голоса.

Странные воспоминания.

Жена, которую надо было сделать тихой.

— Вы поможете мне попасть туда? — спросила я.

Он ответил не сразу.

— Это опасная просьба.

— Я уже живу в опасной просьбе, мастер Таллен. Просто раньше не знала об этом.

В уголках его глаз собрались морщины.

Не улыбка. Скорее признание логики.

— Не сегодня, — сказал он наконец. — Вам нужно научиться хотя бы немного удерживать себя, когда дар открывается. Иначе вы войдете в архив, что-нибудь почувствуете, потеряете контроль, и дом узнает о вашем пробуждении раньше, чем вы сами поймете, что именно нашли.

Это было разумно.

Бесило — но было разумно.

— Тогда что мне делать сегодня?

Он подошел к шкафу, достал тонкий кожаный футляр и вынул оттуда узкий серебряный браслет без украшений.

— Носите это на левой руке. Он не подавляет. Только сглаживает резкие выбросы, чтобы вас не швыряло от каждой сильной вспышки. И запомните: никаких больше снадобий лекаря. Больше воды. Больше сна. И меньше людей, которым нравится видеть вас растерянной.

Я протянула руку. Он защелкнул браслет у меня на запястье.

Металл оказался прохладным, но почти сразу подстроился под тепло кожи.

— Благодарю, — сказала я.

— Пока не за что. Благодарить будете, если не умрете от собственного упрямства.

— Вы удивительно умеете поддержать.

— Я библиотекарь, а не нянька.

У двери

Когда я вышла из маленькой комнаты обратно в главный зал библиотеки, колени все еще были слегка ватными. Но в голове, наоборот, стало яснее.

У меня есть дар.

Его подавляли.

Эвелина пыталась понять правду.

Ей мешали.

Архив закрыли не случайно.

И кто-то в доме очень не хочет, чтобы я вспоминала и чувствовала.

У самой двери библиотеки я увидела знакомую фигуру.

Капитан Рейнар Вольф стоял у высокого окна, просматривая какие-то бумаги. Услышав шаги, он поднял голову — и сразу заметил, что со мной что-то не так.

Он быстро отложил бумаги.

— Леди Арден?

— Похоже, это опять я, — сказала я, пытаясь звучать легче, чем чувствовала себя на самом деле.

Он нахмурился.

— Вы бледны.

— Здесь просто очень познавательно.

Его взгляд скользнул по моему лицу, потом ниже — к левому запястью, где серебряный браслет еще слишком явно выделялся на коже.