Книга Попаданка в тело ненужной жены, страница 109 – Юлий Люцифер

Вот за что я почти любила старика: он возвращал вещи из зоны душевной боли в зону холодного ума так, будто это естественно.

И иногда это действительно спасало.

— Значит, — сказала я, — мне нужно не верить. Мне нужно проверять.

— Вот это уже звучит как взрослая магичка, а не как женщина, которой слишком хочется тепла, — буркнул он.

Я невольно рассмеялась.

— Вы отвратительный человек.

— Зато полезный.

Утро: Вольф

Когда Таллен ушел, пришел Вольф.

И, пожалуй, именно контраст между ними особенно хорошо показывал, как по-разному мужчины могут быть рядом с женщиной и не превращаться при этом в проблему.

Таллен — колючий ум, холодная ясность, старческая жесткость.

Вольф — внимание, собранность, та простая мужская надежность, рядом с которой трудно не начать дышать глубже.

И именно поэтому с Вольфом нужно было быть особенно осторожной.

Он вошел, коротко кивнул, сразу заметил папку с отменой распоряжения на столе и ничего не сказал по этому поводу.

Очень правильно.

— Вы звали меня, — произнес он.

— Да. Садитесь.

Он сел напротив.

Не слишком близко.

Как всегда — именно на той дистанции, которая не давит и не притворяется отстраненностью.

— Мне нужен ваш честный ответ, капитан, — сказала я. — Без мужской деликатности, которая обычно начинается там, где женщину считают слишком хрупкой для правды.

— Спрашивайте.

— Если я начну собирать вокруг себя людей не из жалости ко мне, а для реальной игры против тех, кто это устроил, вы будете в этой сети?

Он даже не задумался.

— Да.

Я прищурилась.

— Так быстро?

— Да.

— Почему?

Он выдержал мой взгляд.

— Потому что это уже не только ваша личная история. Это вопрос безопасности дома, контроля над тем, кто проникал сюда извне, и того, насколько глубоко тянутся связи матери лорда, Селесты и людей вроде Анэссы. И потому что вы уже доказали, что видите то, что другие пропускают.

Я молчала.

Он продолжил, чуть тише:

— А еще потому, что если вас снова оставят одну против этого, дом очень быстро вернется к удобной версии происходящего.

Вот.

Не спасение.

Не эмоция.

Не “я хочу быть рядом”.

Аргументы.

Структура.

Факт.

И все равно под этими фактами жила та спокойная мужская готовность подставить плечо, которая действовала на меня опаснее любой нежности.

— Хорошо, — сказала я. — Тогда еще один вопрос. Если в какой-то момент мои интересы и интересы Ардена разойдутся, вы выберете кого?

Он не отвел взгляда.

— Того, кто в этот момент будет ближе к правде.

У меня внутри что-то дрогнуло.

Потому что именно такого ответа я и хотела.

И именно такой ответ — самый опасный для чувств.

Потому что он красив не красивостями.

Честностью.

— Вы понимаете, — сказала я медленно, — что такими фразами мужчинам очень легко заставить женщину забыть, что у них тоже есть слабые места?

— Понимаю.

— И?

— И поэтому не пользуюсь этим намеренно.

Я закрыла глаза на секунду.

Потом открыла.

— Ужасный вы человек, капитан.

— После Таллена это почти комплимент.

Я невольно улыбнулась.

Кто третий

После его ухода я снова осталась одна с мыслью, которую откладывала с самого начала утра.

Магия — Таллен.

Люди и безопасность — Вольф.

Официальный вес внутри дома…

Арден.

Конечно, он.

И это бесило меня почти до физического напряжения.

Потому что именно он был самым сильным, самым очевидным и самым проблемным из возможных союзников.