Книга Киллер. Никому не отдам, страница 17 – Калерия Гумерова

— Рари, зачем мы здесь? Кто эти люди? — Голос сорвался, слезы подступили к глазам. Что происходит?

— Они отвезут тебя к будущему мужу, Эсфи.

— Что? — я уперлась ногами в землю, заставляя остановиться. — О чем ты говоришь? Я тебя люблю! Другой мне не нужен!

Рагнар не смотрел. Он тянул меня за собой и шел широкими шагами, унося меня против воли вперед. Я стала вырываться, бить его по рукам, но все было тщетно.

— Ты меня обманул? — со страхом понимаю я. — Ты такой же, как и папа! Он обещает и не делает!

Молчит, просто тащит.

— Ты обещал меня защищать! Ты же обещал!

Я не хочу. Зачем он это делает? Сердце разрывается от предательства и обиды. Голова начинает кружиться, желудок сводит, желчь подкатывает к горлу.

— Не делай этого, прошу… — уже сквозь слезы всхлипываю я, когда мы подходим к ним ближе. — Пожалуйста, Рари… Не отдавай меня им…

Но он не слышит. Он непреклонен. Мой Рари исчез.

Рагнар

С каждым её словом, с каждой слезинкой, падающей на землю, моя стальная воля давала трещину. Но я не мог отступить. Слишком многое поставлено на карту. Отходного пути не было.

Голос её, надломленный, полный отчаяния, терзал душу. Каждое «Рагнар, пожалуйста…» резало по живому, но я сковал себя цепями долга. Нельзя дрогнуть. Не сейчас.

Когда мы подошли к людям Тараса, Эсфирь совсем обессилела. Она перестала сопротивляться, лишь беззвучно плакала, смотря на меня с немым укором. Её голубой взгляд прожигал меня насквозь, заставляя чувствовать себя последним мерзавцем.

— Девушка цела и невредима, как и договаривались, — сухо произнёс я, подтолкнув её в сторону одного из людей Карамзанова. — Забирайте.

Внутри всё оборвалось, когда один из них схватил её за руку и сделал это слишком грубо, причинив ей боль. Я видел это по её лицу, искажённому гримасой страдания. Хотелось разорвать этого ублюдка на куски, но я сдержался.

Надо быстрее отсюда валить, пока ещё могу себя контролировать!

Демоны внутри зашевелились, требуя крови, требуя защиты для моего оленёнка. Но я держал их в узде. Отключил мозги, как на заданиях.

В такие моменты во мне что-то ломалось. Переключатель щёлкал, и я переставал быть Рагнаром, становился тем, кем был всегда — машиной для убийств. Без чувств, без эмоций.

— Благодарим за сотрудничество, оперативный результат будет щедро вознаграждён нашим боссом, — самый главный говорил со мной, пока Эсфирь досматривали, ощупывая со всех сторон.

— Нет! Не трогайте меня! Прекратите! — она пыталась увернуться от их грязных прикосновений, отчаянно сжимая своего друга в руках.

— Хватит её трогать, у неё нет с собой оружия. Только игрушка! — не выдержал я.

— Дальше девушка — это наша забота! — сухо прокомментировал человек Тараса. — Хорошего пути!

Плюшевый оленёнок упал из её рук на пыльную землю. Розовая игрушка, такая чистая и красивая, испачкалась в грязи.

«Подними и верни ей в руки!»

Но я стоял, словно парализованный, игнорируя яростный шёпот в голове.

«Если они её заберут, тебе не жить!»

— Я уронила своего друга! Оленёнок! — кричала она, пытаясь дотянуться до игрушки, пока её насильно толкали в сторону машины.

Эсфирь укусила мужчину и вырвалась из его хватки, подняла розового и прижала к груди, а затем так посмотрела на меня. С последней надеждой Эсфи позвала меня, хоть губы и не шевелились — я её услышал.