Книга Киллер. Никому не отдам, страница 14 – Калерия Гумерова

Я не знала, сколько прошло времени, пока шторм внутри меня не начал стихать.

Рагнар уткнулся мне лбом в плечо. Мы лежали так несколько минут, и я чувствовала, как постепенно возвращаюсь в реальность.

И когда я, наконец, захотела притянуть его лицо к своему, чтобы поцеловать, ощутить его губы на своих, он вдруг напрягся, словно от ожога, неожиданно вывернулся и встал с постели. Стало сразу холодно и как-то пусто.

В его движениях появилась резкость, чуждость. Он не смотрел на меня, избегал зрительного контакта. А затем… он просто ушёл.

Рагнар

Я сбежал. Сбежал от нее, от себя, от той бури, что разгоралась внутри, когда она меня касалась.

Лаская ее податливое тело, я хотел слышать бесконечно ее стоны. В блестящих от желания глазах плескалось такое всепоглощающее, такое безоговорочное доверие, что я чувствовал себя последним подонком на этой земле.

Она не сопротивляется мне. Не боится, не бежит, хоть и должна! Должна была кричать, отталкивать, умолять остановиться! Но нет, она лишь смотрела на меня с этой невинностью, которая проникала под кожу, обжигала душу.

Ни разу не сказала «нет»! Каждое ее движение, каждое слово дышало согласием. Она бы отдала мне всю себя, без остатка, не зная, что скоро я отдам её в руки того, кто станет ее мужем.

Лишить ее невинности, стать первым, кого она будет помнить до конца своих дней… Первым, кто оставит шрам на ее чистой душе. Но я, б…ь, остановился! В самый последний момент что-то внутри меня взбунтовалось, не позволило совершить этот грязный поступок. Но эта «победа» не принесла облегчения, лишь усилила терзания.

— Черт! — я ударил по рулю, срывая голос. Хотелось рвать и метать от боли в груди. Она сдавливала мое сердце, словно ледяная хватка, не давая дышать. Ярость, вина, похоть, жалость — этот гремучий коктейль грозил взорвать меня изнутри.

Я не смог уснуть до самого утра, нашел для олененка одежду и оставил в комнате, чтобы потом нахрен свалить оттуда. Рядом с ней я не мог доверять себе.

То, что эта зефирная принцесса делала со мной одними лишь голубыми глазами… ради одного взгляда спалил бы весь мир. А слезы… невозможно дышать, когда она плачет, невозможно отказать, когда она чего-то хочет. Все внутри жаждет ее улыбки и только положительных эмоций! И не только я, даже мои демоны были готовы сделать ради этого невозможное!

Мои внутренние буйства прервал стук в стекло с противоположной стороны. Это был Арс.

— Рагнар, ты ее сейчас увозишь? — уточнил он.

Его взгляд, как всегда, был проницательным, словно сканировал меня насквозь. Я лишь кивнул, поджав губы.

— Хочешь, я отправлю парней вместо тебя?

Заботливая мамка!

— Сам.

— Уверен? Выглядишь хреново.

— Да!

— Понял. Илья скоро ее выведет, она искала и спрашивала о тебе все утро, а потом…

Не успел Арс договорить, как я уже выскочил из машины и направился в их сторону. Илья с повязкой на одном глазу за предплечье вел Эсфирь, как маленького непослушного ребенка, который не хочет идти в садик или школу. Надув губки, она еле сдерживала слезы.

— Отпусти, пока я руку тебе не сломал. Тебе мало глаза? — Голос прозвучал хрипло, с угрозой. Я чувствовал, как закипает кровь, и с трудом сдерживал себя, чтобы не наброситься на этого идиота.

Илья отскочил от олененка, как от огня.