Книга Красивый. Грешный. Безжалостный, страница 99 – Виктория Кузьмина

Разорвать эту тишину хоть чем-то. Но я молчала. Глядела в окно на проносящиеся мимо фонари. По щекам текли слёзы. От обиды. От бессилия. От того, что он делал со мной что хотел, а я не могла ему противостоять.

Не могла защитить себя.

Когда мы подъехали к многоэтажке, в которой он жил, высокой и мрачной в ночной темноте, я не дождалась, пока он остановится полностью. Распахнула дверь. Выскочила из машины. Едва не споткнулась о бордюр. Земля уходила из-под ног.

— Ты не имел права! — закричала, развернувшись к нему. Внутри закипала ярость. Горячая. Едкая. Смешанная с обидой, ведь пока мы ехали мои слёзы высохли а все внутри начало клокотать. — Не имел права так поступать со мной и пользоваться моей слабостью. Моим проклятым приливом! Ты поцеловал меня, когда я не могла сопротивляться! Это подло!

Каин вышел из машины. Захлопнул дверь так, что звук эхом прокатился по пустой улице. Медленно подошёл ко мне. Засунул руки в карманы джинсов. Его силуэт вырисовывался в свете фонарей. Высокий. Мощный. Угрожающий.

— Неправильно? — В голосе послышалась насмешка. Холодная. Режущая. — Фиоре, я не только сейчас тебя поцелую. Я ещё и трахну. Очень скоро. Обещаю.

От этих слов я задохнулась. Хватала ртом воздух. Отступила назад. Качала головой так сильно, что волосы хлестнули по щекам.

— Это вот точно не будет. — Голос дрожал так сильно, что слова едва складывались в предложения. — Никогда. Слышишь? Никогда!

— Посмотрим. — Он усмехнулся. От этой усмешки, ленивой и уверенной, по спине прошёл холодок, осевший в затылке.

— Я ухожу. — Я развернулась и шагнула в сторону дороги. Ноги подкашивались от слабости после прилива. — В общагу. Буду ночевать там с Кисе.

Я не успела сделать и трёх шагов. Услышала быстрые шаги за спиной. Он подошёл. Перехватил за талию обеими руками. Закинул себе на плечо. Словно я была мешком.

— Моя омега будет ночевать только в моей квартире. — Он направился к подъезду широкими, уверенными шагами. — А не в какой-то блядской развалюхе, где я не могу за ней присмотреть.

— Отпусти меня! — Я заорала. Колотила кулаками по его широкой спине. Дёргала ногами в воздухе. Пыталась зацепиться за что-то. Но его хватка была железной. — Каин, я серьёзно! Отпусти немедленно! Ты не имеешь права!

— Нет.

— Я буду ночевать с подругой! Мне нужно с ней поговорить! У неё что-то случилось!

— Завтра поговоришь. — Он бросил через плечо, заходя в подъезд. Пустой. Тускло освещённый мерцающими лампами.

Пока мы ехали в лифте я пыталась вырваться. Дёргалась. Извивалась. Но он держал меня так крепко, что это было бесполезно. От этого осознания внутри всё сжималось бессилием.

Когда мы вошли в квартиру, он опустил меня на пол. Я зашаталась от резкой смены положения. Закружилась голова.

— Сегодня я буду спать здесь. — Я бросила через плечо когда добралась до дивана в гостинной.— На диване. И даже не думай меня трогать. Вообще не подходи ко мне. — Я прижалась лицом к холодной кожаной обивке стараясь хоть немного остудить пылающее лицо.

Каин прошёл в гостиную следом. Я услышала, как он сел рядом со мной. Диван прогнулся под его весом. Слишком близко. Так близко, что чувствовала его тепло, исходящее от тела волнами. Его запах проникал в лёгкие с каждым вдохом. По коже пробежали мурашки, поднимаясь по рукам.