Книга Красивый. Грешный. Безжалостный, страница 132 – Виктория Кузьмина

Я почувствовала, как пламя стыда облизало мои щёки. Приподнявшись на локтях и стараясь не задеть ничего, что было подо мной, я развернулась. Преодолев внутри себя все эти чёртовы барьеры, все «за» и «против», положила ему одну руку на плечо.

Мне было чертовски неудобно: стоять коленями на мягком сидении машины с ногами выглядывающими на улицу и балансировать, чтобы не упасть. Но я наклонилась и чмокнула его в щёку.

Каин хмыкнул, положил свою мощную руку мне на затылок и затянул в медленный, глубокий поцелуй. Он прикусил мою нижнюю губу, а затем влажно провёл по ней языком. Его руки прошлись по моему животу, останавливаясь на груди, сжимая так, что я едва сдержала стон.

— Я передумал насчёт двух часов, — прорычал хрипло, отрываясь от моих губ. — Полтора. И ни секундой больше. А потом я за тобой приеду. И лучше бы тебе поторопиться, Фиоре. Ведь у нас сегодня с тобой долгая дорога.

— Куда? — в голове был один сплошной туман от этого поцелуя.

— Мы едем за город, — его глаза потемнели, зрачки расширились. — Я решил показать тебе очень красивые виды из своей спальни в моем загородном доме. Не уверен, что ты всё запомнишь, но виды там действительно прекрасные.

— Тебе... нравится там? — прошептала, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения и страха.

— Мне нравится видеть, как ты кончаешь подо мной, — его голос стал ещё ниже, опаснее. — А теперь беги, пока я не передумал совсем.

Ещё один поцелуй, короткий и жёсткий, и я выскочила из его машины, несясь к полуразрушенному зданию, как потерпевшая. Думая о том, что если мы окажемся с ним там, один на один, то... Боже, даже представить страшно.

Пока бежала к зданию увидела, что рядом с старым фургончиком Ролана стоял спортивный и явно очень дорогой байк. У меня даже дыхание сбилось от такой красоты. Он был бесподобен в своей агрессивности. Черный зверь без рисунков… Наверняка это того кто здание выкупил. Потому, что ни у кого кого бы я знала кроме Каина на такой не хватило бы денег.

Я прикусила губу ругая себя за то, что опять вернулась к нему мыслями. Он как наваждение от которого невозможно избавится. Стоит только подумать о нем и внизу живота разгорался настоящий трепет.

Вот только долго он не продлился.

Потому что, уже заходя в здание, я почувствовала вибрацию в кармане спортивных штанов. Достав телефон, я увидела того, с кем не хотела бы говорить вообще.

Мне звонил отец.

Моя рука замерла над экраном. Сердце ухнуло вниз, а во рту мгновенно пересохло. Имя на дисплее горело, как приговор. Каждая вибрация отдавалась в пальцах, в запястье, в груди — словно телефон превратился в бомбу замедленного действия.

Зачем он звонит? Зачем именно сейчас?

Я знала, что ничего хорошего это не принесёт. Отец никогда не звонил просто так. Никогда не спрашивал, как дела. Каждый его звонок был либо претензией, либо требованием, либо чем-то ещё хуже.

Пальцы дрожали, когда я провела по экрану, принимая вызов.

— Алло? — голос вышел тише, чем я хотела.

— Юна, — его голос был холодным, жёстким, без единой нотки тепла. — Нам нужно поговорить. Немедленно.

Комок слюны, что образовался во рту сглотнула с трудом, чувствуя, как он царапает горло. На секунду прикрыв глаза я медленно вдохнула и выдохнув, прижала телефон плечом к уху и одновременно пыталась найти в рюкзаке бутылку с водой. Пальцы дрожали, цеплялись за ткань, за молнию, за всё что угодно, только не за то, что нужно: