Книга Надежда маяка, страница 75 – Анна Леденцовская

— А чего вы кричите? — вдруг неожиданно набычился и сторож. — Сам бы пошел и глянул, чем орать! Он и сейчас там лежит, только вот я уже туда не сунусь до утра. Вообще уволюсь! Пойду вон дворником в ЖЭК, все же спокойнее.

— Если там никого нет или просто ваш собутыльник отдохнуть прилег, я вас в обезьянник за хулиганство запихну! — Миронов, встал, одернул мундир и, выйдя из домика, двинулся по дорожке в указанном направлении, светя себе фонариком. Все же на освещении кладбища сильно экономили.

Через пять минут в домике сторожа воняло еще сильнее. Бледный как мел лейтенант клацал зубами о стакан с водой и соображал, как теперь показаться напарнику, который остался в уазике за воротами. Он даже и не подозревал, что может так быстро бегать и при этом заработает «медвежью болезнь».

— Ой, ну и запах, — раздался от двери мелодичный женский голос.

— Придется помочь. — Другой голос, грудной и ласковый, вызвал в напуганных мужиках образ мамочки из детства.

В помещение впорхнули две дамочки с сияющими крылышками.

«Почему у меня-то белка? Я ж не пил», — была последняя мысль Левушки, пока он не отключился.

В башне маяка Надя Крохалева и ее помощнички готовились к не менее рискованному предприятию, чем перемещение с артефактом Клары Петровны и прогулка Винни на земное кладбище.

Вся честная компания планировала посетить огородик Лыря, чтобы разжиться землей или другой плодородной субстанцией, которую зеленый ушастик наименовал по-простому «грязь».

Надя уже успела слазить на крышу и убедиться, что отмываемый и обживаемый маяк, воспрянув, довольно прилично отодвинул от себя фронтирскую серую хмарь и создал вокруг зеленую зону с яркими кустиками и травкой.

На границе зоны серый туман уплотнился, словно магия искажения старалась навалиться и проникнуть сквозь невидимую преграду. Из мглы то тут, то там высовывались хищные морды, сверкали сквозь густую дымчатую пелену безумные дикие глаза, да иногда вприпрыжку или враскорячку кто-нибудь из преследуемых более крупными особями мелких хищников выскакивал на солнечный свет, чтобы пересечь зеленый, пахнущий травой круг с каменной башней в центре.

Гордый Лырь, сытый и выспавшийся, махал во все стороны когтистыми ручонками и верещал:

— На грязюка у Лырь все расти, втыкать штучка, и все сразу ух! — Чудик вставал на цыпочки, демонстрируя размеры выращиваемого, которые превосходили его собственные. — Лырь любить оква, и памбука Лырь любить. Ты тоже любить?

Зелененький ткнул пальцем в Надю.

— Ты в огород не попасть. Ай! — взвизгнул он, после того как скалка легонько тюкнула его за такие слова. — Она большой, она не лезть дырка за камень. Меховая слюнячка лезть, летающий деручий палка лезть, большая она не лезть! Дать Лырь мешок для грязь и тянуть.

Надежда сообразила, что мелкий абориген и правда мог жить где-то, куда она при всем желании не протиснется, и задумалась.

Торчать снаружи, приманивая своим аппетитным видом голодных хищников из-за туманной границы, ей совсем не хотелось, но в бывшей пыточной, из которой они успешно создали гостиную, уже дожидалась выстроенная в ряд у выхода на балкончик батарея горшков и мисочек, куда Надя планировала посеять семена.

Перед вылазкой вся компания устроилась на кухне, где Мимишка со вкусом терзал кусочек чего-то черного, сморщенного и высушенного, причмокивая и поуркивая. Что это, Наденька не знала, но надеялась, что ничего вредного пушистику тетушка Агата бы не дала.